Социалистическая идея и революционная перестройка


Говоря о будущем, мы неизбежно обращаемся к прошлому. Вопрос о путях дальнейшего развития нераз­рывно связан с оценкой Октября. Ни одна революция не происходит по заранее составленному плану, не дает в точности таких результатов, каких ожидали ее участники, — об этом говорит весь опыт истории человечества. Это относится и к революции социалистической. «Заранее готовые мнения относительно деталей организации будущего общества? Вы и намека на них не найдете у нас», — говорил Ф.Энгельс (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 22, с. 563). В.И.Ленин писал о движении к осуществлению правила «от каждого по способностям, каждому — по потребностям»: «Какими этапами, путем каких практических мероприятий пойдет человечество к этой высшей цели, мы не знаем и знать не можем» (Поли. собр. соч., т. 33, с. 99). Это не означает, что реальные результаты революции, близкие и отдаленные, не подлежат политической и научной оценке и переоценке. По мере накопления опыта такая переоценка происходит постоянно. И если с Октябрем связаны величайшие прогрессивные перемены за истекшие 72 года, то нельзя избежать вопроса о том, в какой мере нарушения социалистической законности, ущемление демократических прав граждан и другие негативные явления стали возможными в условиях нового общественного строя. Прошлое неоднозначно. В нем слились победы и неудачи, открытия и ошибки, светлое и трагическое, революционный энтузиазм, героический труд и жертвы, великие надежды и разочарования. Весь опыт социализма представляет собой достояние человечества, его требуется глубоко изучать и осмысливать. В этом случае не только победы, но и потери будут не напрасными.

Широко утвердилось представление, что у Ленина име­лась законченная программа строительства социализма в нашей стране. На самом деле у него такой завершен­ной программы не было. К концу жизни В.И.Ленин создал первоначальные наметки своего кооперативного плана, тесно связал идею культурной революции с кооперированием мелкого производителя и с изменением всех условий жизни. Таким образом, В.И.Ленин разрабаты­вал свою программу перехода к социализму, которая выливалась в перемену, как он ясно осознавал, «всей точки зрения нашей на социализм».

Как все это осуществить, в каких организационных и иных социальных формах — эти проблемы В.И.Ленин проработать не успел, он создал лишь подходы. К сожалению, они в дальнейшем были проигнорированы либо грубо извращены в ходе сталинской индустриализации и коллективизации.

Почему Сталину удалось навязать партии и всему обществу свою программу и свои методы? Это вопрос вопросов для оценки истории.

Исторически необходимый поиск форм и методов строительства нового общества после Ленина вылился в жесткую идейную и политическую борьбу. Сталин умело сыграл на революционном нетерпении масс, на свойственных всякому массовому движению утопических и уравнительных тенденциях, на стремлении авангарда к скорейшему достижению желанной цели. Все это очень сужало возможности творческого обсуждения возникающих проблем, альтернатив, вело к унификации, в которой не оставалось места для разнообразия мнений и взглядов на основе марксистской теории и в рамках партийной программы. Идея социализма все теснее сближалась с обра­зом авторитарной командно-бюрократической системы. Следствием этого процесса был все больший разрыв между теорией марксизма и реальностью, между гуманистическими идеалами и практикой. Бюрократическая, жестко централизованная экономическая и политическая система действовала по своим законам. А теория должна была выполнять извращенную идеологическую функцию, создавать иллюзию «правильности» этих действий, оправдывать практику, рисуя в общественном сознании законченную модель социализма, якобы соответствующую принципам марксизма-ленинизма.

Во имя достижения «великой цели» оправдывались любые самые бесчеловечные средства. «Политическая целесообразность» официально ставилась выше «формальной законности», что лишало политику морального начала.

Поправ нормы и принципы нравственности и справедливости, авторитарно-бюрократическая система старалась упрочить свое положение, настойчиво внедряя в общественное сознание «особые», отличные от общечеловеческих, нормы общежития и поведения.

Сталинские извращения привели к утрате главного, что было в марксовой и ленинской концепции социализма: пониманию человека как цели, а не средства. Вместо идеи свободного развития всех появилось представление о человеке как «винтике» партийно-государственной машины и об организациях трудящихся как «приводных ремнях» этой машины.



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.