Революционное движение в конце 60-х годов


Правительственный террор, однако, не мог парализовать, тем более надолго, революционное движение. Среди молодёжи продолжалось брожение и формирование нелегальных кружков. Именно в годы «белого террора» вступили на поприще революционной борьбы такие видные её деятели, как Герман Лопатин, Волховский и др. В конце 60-х годов, в связи с прогрессирующим разорением и голодовками в деревне, снова стало ocipee сказываться недовольство среди крестьянства. 1868—1869 годы ознаменовались возрождением открытого студенческого движения. В марте 1869 г. «беспорядки» вспыхнули в крупнейших высших школах Петербурга — Медико-хирургической академии, университете, Технологическом институте. В том же году происходили студенческие волнения в Москве.

Однако в теоретической области движение было слабо и не смогло осветить правильным идейным светом предстоящие пути развития. В 1868—1869 гг. в «Неделе» было опубликовано одно из основных теоретических произведений народничества — «Исторические письма» Миртова (П. Л. Лаврова). В 1869 г. в обновлённых «Отечественных записках» (журнал стал с 1868 г., с переходом в руки Некрасова, Салтыкова-Щедрина и Елисеева, главным легальным органом демократии) появилась другая из работ, послуживших теоретическим обоснованием народничества,— «Что такое прогресс?» Н. К. Михайловского. В 1868 г. в Россию попал из-за границы и произвёл впечатление на известные круги народнической интеллигенции новый революционный журнал «Народное дело», тогда бывший органом М. А. Бакунина.

Таким образом, были положены основы ложной народнической теории, в непримиримую борьбу с которой в следую­щем периоде движения вступил революционный марксизм.

На эти же переходные годы приходятся те революционные попытки, которые связаны так или иначе с именем Нечаева. Нелегальная группа петербургских студентов во главе с приходским учителем и вольнослушателем университета С. Г. Нечаевым и журналистом П. Н. Ткачёвым попробовала тогда расширить рамки студенческих волнений и использовать их для быстрейшей реализации своих планов, не имевших опоры в реальной обстановке движения. В группе Нечаева зимой 1868/69 г. была выработана «Программа революционных действий», считавшая необходимым «создать возможно большее количество революционных типов» путём распространения листков, устройства собраний и «частных протестов», организации кружков и касс. Сначала деятельность «лучших людей» из молодёжи должна была протекать в Петербурге и Москве среди студенчества и столичной «голытьбы», затем работу предполагалось перенести в губернские и уездные города — в среду разночинцев, семинаристов и провинциальной «голытьбы», а с осени 1869 г.— в деревню, в среду крестьян. На октябрь намечался съезд для решения вопросов о характере организации, о форме «будущего устройства государства» и для определения «времени революции». Программа указывала на весну 1870 г., как на «самое удобное» время для восстания; при этом имелось в виду окончание девятилетнего срока, в течение которого бывшие помещичьи крестьяне не имели права отказываться от’ отведённых им земельных наделов.

Во время студенческих волнений в марте 1869 г. большинство участников нечаевской группы в Петербурге было арестовано. Сам Нечаев бежал перед началом «беспорядков» за границу, где вступил в близкие отношения с М. А. Бакуниным.

Ко времени появления за границей Нечаева Бакунин уже входил в I Интернационал и собирал силы вокруг своего тайного «Альянса» для прямой атаки против возглавленного К. Маркеом руководства Интернационала. Бакунин — ярый противник Маркса и революционного марксизма — сыграл крайне отрицательную роль в международном рабочем движении и веячески стремился сбить его с правильного пути. Бакунин решил использовать Нечаева в качестве своего агента в России. Они задумали организовать в России под руковод­ством Нечаева тайное общество и в виде подготовки к нему выпустили ряд листовок, а также журнальчик «Народная — расправа» и зашифрованный «Катехизис революционера», рекомендовавшие насаждение в революционной среде методов иезуитизма, запугивания, терроризма. Позднее Бакунин, убедившись, что Нечаев обращает те же методы против него самого и его сподвижников, заговорил о «макиавеллизме» Нечаева и вынужден был порвать с ним (в середине 1870 г.). Но первоначально между Бакуниным и Нечаевым не возникало разногласий о принципах организации и методах борьбы, и именно Бакунин являлся автором пресловутого «Катехизиса», неся, следовательно, ответственность за так называемую «нечаев-щину», за те недопустимые, дискредитирующие и деморализующие революционную среду приёмы и методы, которые Нечаев широко применял. Характерным актом «нечаевщины» явилось убийство в ноябре 1869 г. в Москве студента Иванова, одного из активных членов организации «Народная расправа», не пожелавшего беспрекословно повиноваться требованиям Не­чаева. После убийства организация Нечаева была разгромлена, а сам он вторично бежал за границу, где в течение 1870 г. издал ряд прокламаций, проникнутых авантюристическим мистификаторством; они были обращены к разным слоям населения России: к дворянству, купечеству, мещанству, духовен­ству и т. д. Тогда же он издал несколько номеров нового «Колокола» (при содействии Огарёва). В 1872 г. Нечаев был выдан Швейцарией царскому правительству и осуждён на каторгу; он был заключён в Алексеевской равелине Петропавловской крепости, где и умер (1882 г.). Против «нечаевщины» решительно выступили Маркс и Энгельс. Они справедливо видели в ней крайнее выражение тех опасных и вредных для революционной борьбы тенденций, которые пытались привить рабочему движению на Западе Бакунин и его сторонники. В борьбе с «нечаевщиной» Маркс и Энгельс встретили поддержку со стороны различных элементов русского демократического лагеря как в самой России, так и в эмиграции, в том числе в лице Германа Лопатина и видного народнического экономиста, переводчика «Капитала» Маркса — Николая — она (Даниель-сона), а также со стороны группы эмигрантов, создавшей в 1870 г. Русскую секцию I Интернационала. Необходимо подчеркнуть резко отрицательное отношение Герцена к нечаевским конспирациям. В противоположность Огарёву, поддавшемуся влиянию Нечаева, Герцен, как говорил он сам, «протестовал всеми силами» уже против нечаевско-бакунинской подготови­тельной литературно-агитационной кампании. Помимо специфических внешних особенностей этой кампании, давших ему основание характеризовать листки Бакунина — Нечаева как «печатные затрещины», Герцен решительно расходился по существу с программой действий Бакунина и Нечаева. Именно в 1869 г. Герцен писал свои выдающиеся «Письма к старому товарищу» (Бакунину), где, отдавая дань некоторым застаре­лым иллюзиям утопического социализма, он вместе с тем поднимал убеждённый голос против всей анархо-бунтарской «системы» Бакунина.

В одном из «Писем» (от августа 1869 г., за несколько месяцев до своей смерти) Герцен ясно, в противовес бакунинскому отрицанию «государственности», сформулировал своё отношение к государству. Герцен указывал, что государство идёт «к самоуничтожению» и его «нельзя сбросить с себя, как грязное рубище, до известного возраста». «Из того,— писал Герцен,— что государство — форма преходящая, не следует, что эта форма уже прошедшая». Герцен высказывался за возможность использования государства в интересах революции и социализма, хотя не отдавал себе полного отчёта в действительных условиях этого использования. Герцен ссылался на пример Французской революции: «Комитет общественного спасе­ния представлял сильнейшую государственную власть, направленную на разрушение монархии».

Отказываясь следовать по пути, указываемому Бакуни­ным, и тем более возмущаясь теми формами революционной борьбы, какие практиковал (при сочувствии и поддержке того же Бакунина) Нечаев, Герцен к концу жизни сочувственно следил за деятельностью Интернационала. Об этом свидетельствуют «Письма к старому товарищу», по поводу которых Ленин писал: «Но все же-таки, разрывая с Бакуниным, Герцен обратил свои взоры не к либерализму, а к Интернационалу, к тому Интернационалу, которым руководил Маркс,— к тому Интернационалу, который начал «.собирать полки» пролетариата, объединять «мир рабочий», «покидающий мир пользующихся без работы».’».


1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 голос., в среднем: 5,00 из 5)
Загрузка...

: 3 комментария
  1. Данил Старков

    Пишу сейчас как раз на эту тему реферат, очень помогла информация из этой статьи. А революции были есть и будут, всегда найдутся недовольные положением дел, а плохо это или хорошо вопрос риторический.

    1. Бобровский

      Перефразирую Глеба Жеглова из знаменитого фильма: «Правопорядок в стране определяется не наличием революционеров, а умением властей их обезвреживать».

  2. Карчашкин Валентин

    Герцен, которого «разбудили декабристы», приложил все силы к тому, чтобы пробудить лихо, в лице Нечаева и Бакунина. Взглянув критически на плоды своих многолетних трудов, Герцен обратил взоры к Интернационалу Карла Маркса.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.