Елизавета Петровна


Восшествие на престол Елизаветы Петровны

В конце ноября 1741 г. произошел очередной дворцовый переворот, приведший к власти младшую дочь Петра I — Елизавету.

Арест Бирона, приход к власти непопулярных в стране и среди гвардии брауншвейгцев, засилье немцев в управлении Российским государством расшатали власть, пробудили русское национальное самосознание. Общество вновь обратилось к эпохе Петра I, имя которого снова засияло в ореоле славы и величия. Вместе с этим с каждым днем росла популярность его дочери Елизаветы.

Елизавете стало известно о планах немецкой партии объявить императрицей Анну Леопольдовну в случае смерти ее годовалого сына. В этом случае цесаревна, единственная русская представительница династии Романовых, теряла права на престол. Гвардейцы побуждали Елизавету к перевороту.

Ночью, одетая в гренадерскую форму, Елизавета предстала перед гренадерами Преображенского полка. Ее ждали. Елизавета обратилась к гренадерам: «Хотите следовать за мной, готовы ли умереть со мной, если понадобится?» Гренадеры дружно ответили: «Рады положить души наши за Ваше величество и Отечество наше». Гренадеры без помех проникли в Зимний дворец. Брауншвейгская чета была застигнута врасплох. Вместе с младенцем — императором Иваном Антоновичем чету отправили в Петропавловскую крепость, куда заключили также Миниха и Остермана.

Утром следующего дня выстроенные на площади перед дворцом полки столичного гарнизона и гвардия присягнули новой императрице. Тут же был объявлен Манифест о восшествии на отеческий престол Елизаветы Петровны.

Говорилось, что она заняла трон по праву, т.к. после смерти Петра II является самой близкой по крови к Петру I.

Заняв престол, Елизавета объявила об отмене смертной казни в России. И действительно, в течение своего царствования она не подписала ни одного смертного приговора.

Правление Елизаветы Петровны

Свое царствование Елизавета Петровна начала с небольшого сокращения подушной подати. Вместе с тем крепостные крестьяне не были допущены к присяге новой императрице. За них присягу давали господа. Это четко указывало на внутриполитическую ориентацию нового правительства: крепостничество попрежнему оставалось незыблемым, Елизавета Петровна лишь несколько ограничила применение крепостного труда в промышленности, т.к. его невыгодность все больше давала о себе знать. Было ограничено также право покупать крестьян к мануфактурам, сокращалось число приписных крестьян.

Елизавета объявила о ликвидации Кабинета и учреждении императорского Совета. В его состав вошли ее ближайшие сторонники. Лидером стал соперник Остермана, опытный сановник Алексей Петрович Бестужев-Рюмин, вернувшийся из ссылки незадолго перед переворотом. Засияли старые русские фамилии — Трубецкой, Нарышкин, Черкасский, Куракин. Высокие придворные звания получили Шуваловы и А.Г. Разумовский. Фельдмаршал Василий Долгорукий был назначен президентом Военной коллегии.

Одновременно начались расправы с представителями старой власти. Брауншвейгскую семью решили выслать за границу и даже направили в Ригу для последующей отправки в Германию. Однако сторонники Елизаветы посчитали, что Иван Антонович, повзрослев, может выставить свои претензии на русский трон, что его именем воспользуются иностранные державы. Поэтому в Риге семейство арестовали и отправили в село Холмогоры близ Архангельска, где оно и прожило свой век. Малолетнего свергнутого императора заточили в Шлиссельбургскую крепость и держали там в полной изоляции.

Сенат снова стал Правительствующим (главным после императрицы) органом власти в стране, он был пополнен русскими вельможами. Елизавета Петровна восстановила некоторые петровские коллегии и Главный магистрат. Террор в отношении русской знати и дворянства прекратился, но Тайная канцелярия продолжала действовать. Через ее застенки за время правления Елизаветы Петровны прошло около 80 тыс. человек.

Елизавета поощряла строительство новых кораблей на Балтике, восстановила количественный состав русской армии. Частично сократился правительственный аппарат, был усилен принцип единоначалия, восстановлен в прежнем объеме прокурорский надзор.

Во времена Елизаветы Петровны дворянство обрело новые привилегии. Был сокращен срок государственной службы в армии, на флоте, в системе управления. Дворяне получили право ссылать провинившихся крестьян в Сибирь, причем эти люди засчитывались в качестве отданных государству рекрутов. Дворяне могли также продавать своих крепостных крестьян другим лицам для отдачи.

Среди прочих дворянских привилегий и льгот появилась передача казенпых заводов (в частности, уральских) дворянам. Была введена монополия дворян на винокурение, что давало им колоссальные барыши. Правительство сокращало казенные монополии, справедливо считая, что свобода и конкуренция частных предпринимателей и торговцев будут содействовать развитию экономики.

Современники и историки характеризовали время Елизаветы Петровны как спокойное, консервативное. Самодержавная власть в России оставалась незыблемой.

Усилиями елизаветинских сподвижников были проведены назревшие реформы в области экономики. Отменили внутренние таможни, которые стояли непреодолимыми барьерами на пути торговли. Отныне можно было без каких бы то ни было платежей развозить товары по стране. Был ликвидирован внутренний аппарат таможен, где процветала коррупция. Новый таможенный протекционистский тариф защищал интересы отечественных промышленников.

К середине XVIII в. стабильное состояние государства, разумные реформы привели к подъему промышленности и торговли. Возникли десятки новых металлургических заводов, росло число суконных, парусно-полотняных, бумажных и текстильных мануфактур. Они строились не только в Петербурге и Москве, но и в Калуге, Воронеже, Ярославле, Серпухове, в городах Сибири. Села Иваново, Кинешма, Павлово обрели крупные производства и получили статус городов. На новых предприятиях применялся труд вольнонаемных рабочих, хотя в уральской металлургии, на заводах Демидовых по-прежнему преобладал подневольный труд.

Заметное место в создании заводов и мануфактур приобрел купеческий капитал. Шел процесс формирования национальной буржуазии.

Вольнонаемных рабочих не хватало, поэтому расширялось применение посессионных и приписных крестьян. Крепостнический труд оставался основой крупного производства. Это уникальное для тогдашней Европы состояние экономики рано или поздно должно было завести Россию в тупик.

Активно развивалась внешняя торговля. Главными поставщиками сельскохозяйственной продукции за рубеж оставались дворяне, но и здесь крепостной труд лежал к основе полезных для страны торговых связей.

Внутренняя торговля продвигалась вперед усилиями купцов и крестьянства. Пробивал себе дорогу принцип свободной конкуренции, который поддерживало правительство Елизаветы.

Жесткую, чисто петровскую политику проводила Елизавета Петровна в области религии и национальных отношений. Лютеранские храмы были превращены в православные церкви, начались суровые репрессии против старообрядцев, бородачей вновь стали облагать налогом. Дважды Елизавета своими указами объявляла о высылке из империи евреев, не принявших христианства.

Одной из важнейших проблем для Елизаветы Петровны стал выбор преемника на троне. Сознавая, что та проблема не раз становилась причиной серьезных потрясений для страны, императрица постаралась заранее подготовить наследника престола. Свой выбор она остановила на принце голштинском, племяннике, сыне ее сестры Липы Петровны — Карле Петре. Он был внуком и единственным продолжателем рода Петра I. Вызвав его в Россию и крестив по православному обряду, Елизавета Петровна надеялась подготовить достойного преемника в лице Петра Федоровича, как его стали именовать. Законный наследник, он должен был преградить дорогу к престолу узнику Ивану Антоновичу.

В 1742 г. 14-летний Карл Петр прибыл в Россию. По голштинской линии он был правнуком шведского короля Карла XII, поэтому вначале его готовили к занятию шведского трона. Карл Петр учил шведский язык, воспитывался в лютеранской вере.

Его приглашение в Россию стало роковой ошибкой императрицы. Наследник русского престола до конца своих дней считал Голштинию своей родиной, а лютеранство — родной религией. Россия была для него чужой страной. Его кумиром с детства был прусский король Фридрих II, фанатично поклонялся прусским военным порядкам.

Вторую серьезную ошибку совершила императрица, подобрав ранимому и впечатлительному Петру Федоровичу невесту. В 17 лет Елизавета Петровна женила его на 16-летней Софье Фредерике Августе, принцессе из захудалого немецкого Ангальт-Цербстского княжества. В России она приняла православие под именем Екатерины Алексеевны.

В Петербург приехала миниатюрная блондинка с голубыми глазами и железным характером. В свои 16 лет Екатерина Алексеевна была вполне сложившимся человеком. Она стремилась понравиться императрице, русской элите, гвардии и православному духовенству, стать в России своей. Екатерина упорно учила русский язык, постигала обычаи, истово молилась и соблюдала все религиозные предписания и ритуалы.

Несхожесть супругов обнаружилась уже в первые месяцы после свадьбы. Пока ее супруг развлекался во дворце ребяческими забавами, Екатерина настойчиво занималась самообразованием, читала серьезную литературу. Скоро их брак стал формальностью. Между супругами затягивался тугой узел отчуждения, который должен был рано или поздно разрешиться взрывом в их отношениях.

Последние годы Елизаветы Петровны

На закате дней императрицу мало интересовали государственные дела. Елизавета Петровна учредила при своей особе постоянно действующую Конференцию (совещательный орган), куда вошли близкие к ней вельможи. Постепенно Конференция подчинила себе все центральные учреждения страны — и Сенат, и коллегии. По существу, Елизавета передоверила своим фаворитам и доверенным лицам управление страной. Сама же она тратила все свое время на развлечения и увеселения. Императрица любила праздники, обожала блистать среди придворных в маскарадных костюмах. В своей тяге к удовольствиям и дорогим нарядам Елизавета Петровна была неудержима. После смерти императрицы в ее гардеробе было обнаружено около 15 тыс. платьев. Дважды в одном наряде она почти не появлялась на людях.

И все же во времена правления Елизаветы Петровны произошла известная стабилизация жизни страны. Укрепились позиции российского дворянства, были подтверждены и развиты крепостнические порядки. Достигнуты определенные успехи во внешней политике — опрокинуты попытки Швеции пересмотреть условия Ништадтского мира, поколеблена мощь Прусской державы.

Петр III: полгода на троне

В 1761 г. Елизаветы Петровны не стало. Согласно ее завещанию, на престол вступил внук Петра I Петр Федорович. Началось короткое правление Петра III.

Елизавета мечтала о продолжении династии Романовых. Через 9 лет жизни в браке Екатерина Алексеевна родила сына Павла. Современники и историки не без основания считали отцом мальчика гвардейского офицера, красавца Сергея Васильевича Салтыкова, фаворита великой княгини. Если это так, то на Павле Петровиче прерывается династия Романовых. Однако в то время это мало кого интересовало. Главное, что появился наследник.

Елизавета, разочарованная в племяннике, вынашивала план передачи престола внуку помимо отца. Она отняла мальчика у родителей и сама занималась его воспитанием.

За те несколько месяцев, что Петр III пребывал у власти, он совершил немало трагических ошибок, которые привели его к гибели. Вместе с тем Петр III осуществил несколько важных государственных реформ, продвинувших вперед российскую цивилизацию.

Был подготовлен указ об уничтожении Тайной канцелярии. Тем самым император был готов нанести удар по одной из самых страшных средневековых розыскных систем в Кирове. Еще один указ Петра III лишил промышленников права покупать крепостных крестьян к мануфактурам. Был введен запрет на притеснение старообрядцев. Петр III провозгласил принцип веротерпимости в России. Его правительство подготовило проект о секуляризации (передаче в руки государства) церковных земель. Это означало, что церковники отныне не смели устанавливать собственные порядки на их владениях. По существу, Петр III продолжил линию Петра I на подчинение Церкви государству. Пeтp III ставил своей целью содействие развитию городского сословия в западном духе. Он желал привлечь в Россию западных предпринимателей и вообще построить жизнь в стране на европейский манер.

Политика Петра III оказалась на редкость близка к политике Петра Великого, но время изменилось. Петр III не имел прочной опоры в русском обществе. Его влиятельные слои, в первую очередь гвардия, не принимали деяния им­ператора.

Отношение к нему не улучшилось даже после Манифеста о вольности дворянства (1762г.), по которому дворянство освобождалось от обязательной 25-летней службы. Правительство мотивировало это тем, что при Петре I необходимо было принуждать дворян служить и учиться. Дворянство проявило патриотическое рвение и усердие на службе государству, и теперь в принуждении уже не было смысла.

Таким образом, свой Манифест Петр III связывал непо­средственно с политикой деда и ее благодатными результатами для России.

Дворянство ликовало. Теперь значительная его часть была вправе заняться собственным хозяйством, что не могло не повлиять положительно на общее развитие экономики страны.

Манифест освободил часть российского населения от подневольной службы. Это был шаг на пути дальнейшего освобождения населения от всеобщей неволи, которому всячески противилось само освобожденное дворянство, буквально вцепившееся в своих крепостных крестьян.

У Петра III была мощная оппозиция в лице значительной части русской элиты, гвардии, духовенства и в первую очередь — жены Екатерины Алексеевны. Немецкая принцесса все более определенно предъявляла претензии на российский трон. Терпеливо и настойчиво ткала она паутину заговора против мужа. Повсюду говорила о своей преданности интересам России, что шло в противовес голштинской линии Петра III. Действительно полезные для России начинания императора выдавались за инициативу его помощни­ков. Внимание сосредоточилось на его ошибках и неблаговидном личном поведении. С легкой руки Екатерины и ее помощников такой искаженный облик Петра III надолго вошел в историю России. Между тем замалчивалось неудержимое стремление к власти самой Екатерины. Уже много лет спустя она признавалась в своих записках, что приехала в Россию с девизом: царствовать или умереть.

Лидером партии Екатерины, которая осуждала все, что делал Петр III, широко оповещала двор и гвардию о его связях с немцами, стал образованнейший вельможа Никита Иванович Панин. Сюда же входили командир Измайловского полка, начальник полиции, обер-прокурор, офицеры гвардейских полков. Большую роль среди заговорщиков играли Григорий Орлов, фаворит Екатерины Алексеевны, его четверо братьев, и унтерофицер конной гвардии Григорий Потемкин (1739—1791гг.), будущий выдающийся деятель екатерининского правительства.

В 6 часов утра 28 июня 1762 г. пружина заговора раз­вернулась. Алексей Орлов явился во дворец в Петергофе, где обитала в это время Екатерина, и сказал ей: «Все готово, чтобы провозгласить вас».

Через несколько минут карета с Екатериной уже мча­лась в Петербург. На подъезде к городу экипаж ждал Григорий Орлов. Вскоре Екатерина появилась перед казармами Измайловского полка. Гвардейцы тут же присягнули новой императрице. С восторгом ее встретили семеновцы и преображенцы. В Зимнем дворце Екатерина, принявшая титул самодержавной императрицы Екатерины II, начала принимать присягу членов Правительствующего Сената, Святейшего Синода и государственных чиновников.

Петр III в это время пребывал в Ораниенбауме. Поняв, что переворот уже произошел и Екатерине один за другим присягают полки, Петр III отказался от своих прав на трон и попросил отпустить его в Голштинию. Однако Екатерина не собиралась коллекционировать свергнутых императоров: в Шлиссельбурге еще был жив Иван Антонович. Вызревало решение устранить Петра III физически. Как же то случилось в действительности, осталось навеки сокры­тым для истории.

Императора арестовали и препроводили в загородный дворец в местечке Ропшу. Пленник провел там всего семь дней. Есть сведения о том, что гвардейцы задушили Петра III.

Гвардия снова поставила на престол своего человека. При этом Екатерина II совершила двойной переворот: она одновременно узурпировала права на престол своего сына Павла Петровича и заняла его место на троне.

Началось царствование Екатерины II, которую совре­менники провозгласили Великой.




  1. Виктория

    А мне нравится правление при Елизавете Петровне, не дожидаясь решений немецкой партии, она самостоятельно захватила власть и отменила смертную казнь и ведь сдержала слово и не подписала ни одного смертного приговора, а много ли из царственных особ держали свое слово до конца?

  2. vsvikt

    Двадцатилетнее правление Елизаветы ничем особенным для России не отличалось. Такие же дворцовые игры усиление абсолютизма, проводимые реформы улучшали положение дворянства. Такой же застой, как и в Брежневские времена.

  3. Юлия Носова

    Мне нравится политика Петра III. Он пытался облегчить жизнь крестьян, наложил запрет на их продажу на мануфактуры. И хотел усмирить церковь. Веротерпимость нужна была. Старообрядцы имели полное право быть. Но это все не входило в коварные планы Екатерины II. Она шла по голове собственного мужа.

  4. Маргарита

    Политика Елизаветы Петровны во многом обуславливалась ее любовными увлечениями. Чего только стоит назначение гетманом Украины Кирилла Разумовского, брата Алексея Разумовского. Его «правление» строго ограничивалось ее указаниями и запретами. Кирилл Разумовские вроде бы и пытался сделать что-то хорошее для казачества, но он даже не имел права вести переписку с иностранцами. Екатерина его даже женила по своему желанию. Вот какой силой нужно владеть женщине, чтоб иметь авторитет в мире мужчин? Жаль только, что она не родила себе наследника.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.