Разделы Речи Посполитой


Важнейшим событием конца XVIII века в Восточной Европе было прекращение существования Речи Поспо-литой как самостоятельного государства. Подобная угроза для существования Польского королевства и Великого княжества Литовского, союз которых назывался Речью Посполитой, появилась уже давно. А в 1772 году, после того как она была разделена между Австрией, Пруссией и Россией, угроза эта стала реальностью. Следует отметить, что территория Речи Посполитой охватывала огромные пространства Центральной Европы, которые населяли поляки, жмудины — предки современных литовцев и литвины — предки современных белорусов. Столица Польского королевства к тому времени была перенесена из Кракова в Варшаву, столицей же Великого княжества Литовского продолжал оставаться город Вильно.

В истории Речи Посполитой XVIII столетие было столетием соглашательно-конфронтационной политики. В XVIII веке Великое княжество Литовское находилось в состоянии резкой конфронтации между различными дворянскими, магнатскими группировками. Такое положение дел досталось государству в наследство от XVII столетия, когда в 60-х — начале 90-х гг. XVII в разгорелась острая борьба между князьями Радзивиллами с одной стороны, Сапегами и Пацами — с другой Но уже во второй половине 70-х — первой половине 80-х гг. XVII в. князья Пацы попали в оппозицию к новому королю Яну Собескому и стали конфликтовать с князьями Сапегами и Огинскими. Когда же во второй половине 80-х гг. XVII века Сапеги укрепили свое положение в Великом княжестве Литовском, против них общим фронтом выступила белорусско-литовская шляхта, которая объединилась вокруг князей Огинских (бывших союзников Сапег) и Вишневецких. Это противостояние переросло практически в гражданскую войну, которая в первые годы XVIII века раздирала на части белорусские земли. Князья Сапеги в этой ситуации пошли даже на создание казацко-крестьянских отрядов, которые вели боевые действия в районе Дубровно, Быхова и Головчина со шляхетскими формированиями.

Но продажность и соглашательство охватили не только высшие круги знати в Речи Посполитой. Они санкционировались общегосударственной королевской властью. Преемник Яна Собеского на троне Речи Посполитой король Август II — курфюрст саксонский — показал наибольшую виртуозность в этом деле. В ноябре 1699 года в деревне Преображенское под Москвой он подписал антишведский союзный договор с Россией, но в скором времени — накануне битвы под Нарвой — Август II предал союзные обязательства и за спиной России вступил в тайные сношения с королем Швеции Карлом XII с целью заключить со Швецией мирное соглашение и направить ее армии только против российского государства. Но его планам не суждено было сбыться, а поэтому уже летом 1701 года он снова был вынужден пойти на тесный союз между Речью Посполитой и Россией. И все же несмотря на это Август II еще не раз делал попытки заключить сепаратный мир со Швецией и обещал ей даже частичный раздел Речи Посполитой.

Неуверенность политического курса была связана со слабостью власти. В мае 1704 года была создана Сандомирская конфедерация сторонников Августа II. Ею был заключен союз с Россией и объявлена война Швеции. Но уже практически через два месяца по инициативе короля Карла XII родилась на свет конфедерация, которая провозгласила королем Речи Посполитой Станислава Лещинского.

В очередной раз жители Речи Посполитой были разделены на два вражеских лагеря. Вновь возникла конфронтация, которая привела к трагедии — привлечению внешних сил для решения внутренних противоречий. Осенью 1704 года русская армия под командованием Репнина вступила на белорусскую землю. Политика правительства Речи Посполитой привела к тому, что на белорусской земле теперь сводили счеты Россия и Швеция. Всем известно, к чему это привело: используя тактику выжженной земли, российские войска, когда армия Карла XII двинулась из Гродно на Москву, выжгли на пути шведов все поля и селения на огромной территории от Могилева до Смоленска.

Это было начало конца Речи Посполитой. Именно с этого времени объединенное государство превратилось для соседних стран в игрушку, с которой можно было играть абсолютно безопасно. Кроме этого, правители всех соседних государств жадно смотрели на земли Речи Посполитой — их хотелось иметь каждому. Через территорию Речи Посполитой постоянно проходили войска, все, кто только мог, грабили постепенно приходящее в упадок государство. Во время Северной войны по территории современной Белоруссии несколько раз прокатился ураганный смерч разрушений. Их чинили как шведские, так и российские войска. После же смерти Августа II в 1733 году, когда разгорелась борьба за польский трон между Станиславом Лещинским и сыном умершего монарха Фридрихом-Августом, русские войска снова сделали переход через белорусские земли вплоть до Варшавы. Как впоследствии справедливо замечал Фридрих Энгельс, Речь Посполитая служила постоялым двором и корчмой для иноземных войск, где однако, «они, как правило, забывали про оплату».

Внешние вмешательства в дела Речи Посполитой практически инспирировались внутренними конфликтами, которые продолжали разрывать страну на части. В 10-х годах XVIII века в Белоруссии разгорелась борьба между группировками Пацов-Огинских и сторонников полевого гетмана Великого княжества Литовского Ден-гафа. Следующие десятилетия тоже выделились резкой конфронтацией влиятельных магнатских родов. Сначала Чарторийские вместе с Радзивиллами и Ревускими противостояли Потоцким и Браницким. Потом Радзивиллы уже боролись с Чарторийскими. Особенно обострилось это последнее противостояние во время выборов нового короля после смерти в 1763 году Августа III. Оно снова привело на белорусские земли русские войска, а с ними — опустошение (были разграблены Несвиж и Слуцк — радзивилловские резиденции).

То же самое происходило и в Польше. Точную характеристику положению дел в те годы дала сама шляхта в поговорке «Polska nierzadem stoi» («Польша держится на безладье»). Безладье это было следствием развития «золотых» шляхетских вольностей или, вернее сказать, злоупотреблений ими. Уже во второй половине XVII века было очевидным, что дальнейшее расширение шляхетской демократии при ослаблении центральной королевской власти ведет к ее передаче в руки олигархов, которые финансово закабалили шляхту, делая ее своим вассальным окружением. Но ни одна из группировок не обладала достаточной силой, чтобы взять власть в свои руки. Силы им хватало только на то, чтобы не допустить к власти своих противников. Отсюда — такой разгул анархии. Еще в 1669 году сейм принял постановление, в котором говорилось, что «всякое нововведение в Речи Посполитой может быть опасным и приведет к большим волнениям. Необходимо сейму следить за тем, чтобы ничто не подвергалось изменениям».

Но в конце XVII — начале XVIII века эта необходимость для сейма отпала, потому что шляхетское право Liberum veto, по которому даже одному депутату позволялось сорвать заседание сейма, практически парализовало работу этого высшего органа власти. После первого применения этого права в 1652 году, когда депутат Упицкого повета В.Сицинский по желанию Яна Радзивилла не согласился с постановлением сейма, по 1764 год из 55 сеймов Речи Посполитой таким образом было сорвано .

Но следить за неукоснительным соблюдением шляхетских вольностей было кому: соседние государства заботливо охраняли непорядок внутри Речи Посполитой. Так, российско-прусский договор 1764 года имел секретный параграф, согласно которому союзники обязались сохранять в Речи Посполитой шляхетскую конституцию, свободные выборы короля и право Liberum veto. Этот пункт, особенно со стороны Российской империи, выполнялся неукоснительно.

Речь Посполитая, которая в 60-х годах XVIII века стала интенсивно проводить реформаторскую политику, конечно, смогла бы преодолеть экономический и политический кризис, а поэтому раздел ее территории между соседними государствами не был исторической предрешенностью. Положительные результаты в экономической сфере имели реформы графа Тызешауза, благодаря которым на северо-западе Белоруссии появилось довольно большое количество мануфактур. В 1764 году, а потом в 1775 году правительство Речи Посполитой ввело обязательный для всех сословий, в том числе шляхты и духовенства, единый таможенный налог, причем при отмене внутренних пошлин. В 1766 году были установлены единые единицы измерения дли­ны и веса на территории Речи Посполитой. В эти годы велось активное транспортное строительство. В 1773 — 1775 гг. была сформирована «образовательная комиссия», которая стала проводить реформу в области образования. Напряженно работала мысль идеологов-реформаторов. Стали материализовываться некоторые политические реформы.

Так на сейме 1764 года было введено ограничение на применение права Liberum veto — решение экономических вопросов теперь принималось большинством голосов, и послам сейма разрешалось не придерживаться наказов малых найменников в тех случаях, если они противоречили решению большинства.

Это были первые стремления к проведению политических реформ. Именно они и привели к взрыву недовольства со стороны реакционной магнатерии, которая стремилась к неограниченной власти. Магнаты стали искать поддержки среди монархов соседних государств. Именно с помощью войск России и Пруссии на королевский трон был посажен ставленник магнатов Станислав-Август Понятовский. Они же и корректировали его политическую линию согласно с предварительной договоренностью между собой о сохранении, даже силой оружия, сложившегося порядка в Речи Посполитой.

Следует отметить, что в 60-е годы XVIII века Россия и Пруссия еще искали зацепок для того, чтобы диктовать свою волю властям Речи Посполитой. Такой зацепкой стала «диссидентская» проблема. Российская сторона поставила перед сеймом вопрос полного уравнивания в правах некатоликов («диссидентов») с католиками, согласно договору России с Речью Посполитой 1686 года. Сейм отказался решить этот вопрос положительно, чем ввергнул Речь Посполитую в кровавые ненужные для спасения государства конфликты. Под патронажем России и Пруссии в 1767 году в Слуцке была создана православная, в а Торуне — протестантская конфедерация, которые ставили перед собой цель достичь равенства верующих разных конфессий в Речи Посполитой. Последним аргументом в споре между слуцко-торуньскими конфедератами и сеймовыми заседателями в пользу первых была сорокатысячная российская армия, которая стояла на территории Белоруссии.

В 1768 году сейм был вынужден удовлетворить стремление «диссидентов» и дал им равные права с католиками. Это в свою очередь не удовлетворило горячих сторонников «золотой» шляхетской вольности. Хоть под гарантией Российской империи, но возвращались, как неприкосновенные, права Liberum veto и другие, которые были ограничены решением сейма 1764 года. Тем не менее были уничтожены древние нормы, которые возвышали католическую шляхту над некатолической. Противники нарушения старинных традиций во главе с Ю. Пуласким организовали в Бору (Украина) конфедерацию, которая объединила довельно широкие круги шляхетского сословия всей Речи Посполитой. Значительную поддержку борские конфедераты имели и в Белоруссии. Но противостоять мощи российского войска конфедератские отряды не могли. На протяжении 1768 — 1771 гг. они были разбиты. После этих событий под воздействием обострившейся международной ситуации произошел первый раздел Речи Посполитой между Российской империей, Пруссией и Австрией. В 1772 году к России отошла Восточная Белоруссия.

Но даже это трагическое событие не прибавило политического здравомыслия соперничавшим между собой магнатским кланам. События дальше развертывались по уже отработанному вершителями судьбы Речи Посполитой сценарию. Как только в стране начиналась реформаторская деятельность, зоркие соседи ее сразу душили, а потом карали страну за непослушание.

Реформаторская часть 4-летнего сейма (1788 — 1792 гг.), которую возглавляли Колонтай, Машинский, Немцевич и другие, хорошо понимала, что неравноправное и униженное положение «диссидентов» всегда может быть использованно в качестве причины для очередного вмешательства во внутренние дела Речи Посполитой. Поэтому реформаторы сделали попытку лишить наиболее опасного соседа — Российскую империю — возможности использовать «религиозные мотивы» для возможных новых разделов государства.

Несмотря на сопротивление реакционных, в первую очередь католических, кругов, сейм принял постановление о необходимости созыва в Пинске «Генеральной конгрегации» — высшего собрания представителей православного вероисповедания в Речи Посполитой. 15 июня 1791 года пинская конгрегация начала свою работу и закончила ее 2 июля. Всего собралось 96 полномочных представителей от православного населения. В результате был создан проект об установлении в Речи Посполитой высшей православной церковной иерархии. Согласно ему православная церковь должна была получить право на избрание трех епископов и своего митрополита. Было объявлено об отказе церковных иерархов от какой-нибудь иноземной зависимости. В делах церкви и веры признавалось верховенство только Константинопольского патриарха, а не российского Синода. Пинская конгрегация решила также вопрос о временном православном управлении в Речи Посполитой до утверждения сеймом проекта о автокефалии. С этой целью было выбрано 12 человек (по три представителя от монашества и священников, а также от шляхты и мещанства). Председателем «Генеральной конгрегации» стал игумен Вельского монастыря С. Пальмовский.

Но дело утверждения поданных сейму предложений пинской конгрегации затянулось более чем на десять месяцев. Только 25 мая 1792 года уже в условиях начавшегося вторжения российской армии в границы Речи Посполитой по предложению короля Станислава-Августа «православный вопрос» рассматривался самым первым в повестке дня. При голосовании большинством голосов (123 «за» и 13 «против») сейм принял предложения пинской конгрегации.

Осуществление решений пинской конгрегации было необычайно опасным для Российской империи. По существу оно значило восстановление в Великом княжестве Литовском независимого от московского государства православного иерарха. Это событие, а также принятие Конституции 3 мая 1791 года, которая по существу должна была вывести Речь Посполитую из политического кризиса и привести к буржуазным реформам, инспирировали организацию очередного «крестового похода» против Речи Посполитой опять же под флагом неизменности шляхетских привилегий. Теперь для вмешательства во внутренние дела Речи Посполитой Российской империи даже не требовалось никакой зацепки. Под рукой Екатерины II 14 мая 1792 года из представителей шляхетской партии организовалась тарговицкая ( по названию украинского городка Тарговица) конфедерация, которая вслед за стотысячным российским войском уже 18 мая вошла в Речь Посполитую, чтобы защищать попранные шляхетские права.

Довольно значительная часть белорусской шляхты поддержала тарговичан, либо пассивно отнеслась к ин­тервенции. Это имело свои причины. Реформаторские решения 4-летнего сейма привели фактически к пре­образованию «Речи Посполитой Обоих Народов» в унитарное государство. Отныне за ее монархом сохранялся только один титул — «Короля польского». Перестал существовать исторический раздел государства на Великое княжество Литовское и Корону Польскую. Тем самым были существенно затронуты амбиции и белорусских магнатов. В такой ситуации они фактически теряли не только весьма доходные посты, но и возможность более основательно влиять, с учетом собственных интересов, на внутреннюю и внешнюю политику Речи Посполитой от имени ее правомерного члена — Великого княжества Литовского. Вследствие выше указанных причин российской армии понадобилось только два месяца, чтобы разбить уже целиком дезорганизованую армию Речи Посполитой, причем боевые действия опять-таки происходили на территории Белоруссии (Орша, Мир, Зельва, Брест). Само собой разумеется, что конституция 3 мая была отменена, а вслед за этим, в январе 1793 года произошел и второй раздел Речи Посполитой. Под давлением тарго­вичан, которых поддержала русская армия, условия второго раздела были подтверждены на гродненском сейме 1793 года. К России отошли белорусские земли приблизительно по линии Друя — Пинск.

Стало понятным, что от окончательного раздела Речи Посполитой между Российский империей, Пруссией, Австрией может спасти только решительное противостояние агрессорам консолидировавшегося общества, но этого не произошло. Произошло так, что лишь восстание 1794 года, во главе которого стал представитель древнего белорусского шляхетного рода генерал Андрей Тадеуш Костюшко, давало для этого последний шанс.




  1. DDA90

    Интересно отметить, что в рамках тех событий многие поляки были переселены в Сибирь и сегодня многие жители Сибири имеют польские фамилии (это фамилии, оканчивающиеся на «ий»). Так, простые обыватели живут, работают и даже не подозревают, что являются потомки выдающихся польских родов, когда-то пострадавших от разделов Речи Посполитой.

  2. Rjvbccfh

    Потомки поляков в Сибири не только подозревают, но и знают свои корни. Только в Сибирь они попали больше чем через половину столетия после обсуждаемых событий, после восстания 1863 — 1864 годов. А в период разделов Польше большую деструктивную роль в польском государстве сыграла собственная шляхта.

  3. Юлия Носова

    Это закономерное явление, когда союз двух или более государств разваливается. К тому же такой союз был невыгоден другим странам, особенно нам. Развалить Речь Посполитую было нашей прямой обязанностью. Иначе они могли нападать на нас много раз. Это вынужденное вмешательство в дела другой страны.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.