Наступление советских войск в январе — феврале. Окружение врага в районе Корсунь-Шевченского


В соответствии с общим замыслом Советского Верховного Главнокомандования четыре Украинских фронта в конце декабря 1943 г.— начале января 1944 г. возобновили наступление. В течение января — февраля войска этих фронтов провели Жито-мирско-Бердичевскую, Кировоградскую, Корсунь-Шевченковскую, Ровно-Луцкую и Никопольско-Криворожскую наступательные операции, преследуя общую цель — разгромить врага в восточных районах Правобережной Украины, окончательно очистить правый берег Днепра и создать условия для дальнейшего решительного наступления. Координацию действий фронтов осуществляли представители Ставки: 1-го и 2-го Украинских — Маршал Советского Союза Г. К. Жуков, 3-го и 4-го Украинских — Маршал Советского Союза А. М. Василевский.

Перед 1-м Украинским фронтом действовала 4-я танковая армия противника в составе 30 дивизий, в том числе 8 танковых и 1 моторизованной, и 1 бригады. Не случайно гитлеровцы сосредоточили здесь одну треть всех своих танковых дивизий, имевшихся на советско-германском фронте. С тех пор как немцы были выброшены из Киева, плацдарм, захваченный нашими войсками в этом районе, не давал им покоя.

'Он разъединял фланги групп армий «Центр» и «Юг» и нависал с севера над всей группировкой врага, действовавшей на Правобережной Украине. Поэтому противник предпринимал одну попытку за другой, чтобы отбросить войска Красной Армии за Днепр.

Советское Верховное Главнокомандование, считая, что враг и впредь будет пытаться вернуть Киев, решило разгромить 4-ю танковую армию и отбросить ее на Южный Буг. Однако наше командование учитывало, что 1-й Украинский фронт после непрерывных боев, длившихся с июля 1943 г., не в состоянии наступать имевшимися силами. Поэтому в состав фронта из Резерва Ставки были переданы 18-я, 1-я танковая армии и два отдельных танковых корпуса.

1-м Украинским фронтом командовал генерал армии Н. Ф. Ватутин, членами Военного совета были член Политбюро ЦК ВКП (б) генерал-лейтенант Н. С. Хрущев и генерал-лейтенант К. В. Крайнюков, начальником штаба — генерал-лейтенант А. Н. Боголюбов. Еще 28 ноября 1943 г. командование 1-го Украинского фронта получило директиву Ставки — немедленно перейти к жесткой обороне с задачей измотать противника, начавшего наступление в первых числах декабря, а затем с подходом свежих сил организовать контрнаступление с задачей разгрома врага и выхода на Южный Буг. Выполняя директиву Ставки, войска фронта в оборонительных боях измотали танковую группировку врага и после короткой подготовки начали Житомирско-Бердичевскую операцию.

Замыслом этой операции 1-го Украинского фронта предусматривалось нанести главный удар силами 1-й гвардейской, 18-й, 38-й армий, 3-й гвардейской и 1-й танковых армий, разгромить противника в районе Радомышль — Брусилов и выйти на рубеж Любар — Винница — Липовец. Вспомогательные удары наносились 13-й, 60-й армиями на сарненском и шепетовском направлениях, 40-й и 27-й армиями — на белоцерковском направлении. В дальнейшем армии левого крыла фронта должны были продолжать наступление в направлении Христиновки и здесь соединиться с войсками 2-го Украинского фронта . Поддержка войск фронта возлагалась на авиацию 2-й воздушной армии под командованием генерал-лейтенанта авиации С. А. Красовского.

Утром 24 декабря после артиллерийской и авиационной подготовки войска ударной группировки 1-го Украинского фронта перешли в наступление, а 25—28 декабря началось наступление остальных армий. В первые три дня наступательных действий войска фронта при активной поддержке авиации разгромили крупные силы врага, овладели мощным узлом сопротивления Радомышлем. К 30 декабря прорыв был расширен до 300 километров по фронту и до 100 километров в глубину.

В конце декабря и в начале января наши войска, продолжая развивать наступление, освободили Коростень, Новоград-Волынский, Житомир, Бердичев, Белую Церковь. В боях за Белую Церковь вместе с войсками 40-й армии отважно сражалась 1-я Чехословацкая бригада под командованием генерала Л. Свободы. За успешные боевые действия Президиум Верховного Совета СССР наградил ее орденом Богдана Хмельницкого.

С переходом советских войск в наступление активизировались действия партизан в тылу врага. Так, 2 января 1944 г. партизаны соединения, которым командовал С Ф. Маликов, освободили населенный пункт Игнатополь, районный центр Лугины и содействовали войскам 13-й армии в освобождении Коростеня. 12 января наши войска при активной помощи партизан из соединения А. Н. Сабурова овладели населенным пунктом Бухличе (55 километров севернее Сарны). Партизанские отряды Житомирской области 14 января освободили город Костоноль.

Поддерживая наступление войск фронта, авиация 2-й воздушной армии, несмотря на неблагоприятную погоду, наносила бомбовые удары по войскам, оборонительным сооружениям противника, а также по железнодорожным узлам в тылу врага. 7 января был нанесен удар по Шепетовке. Советские летчики прорвались к этому железнодорожному узлу, хотя зенитная артиллерия противника оказывала сильное противодействие. Сбросив бомбы на вражеские эшелоны и обстреляв их из пушек в пулеметов, наши самолеты причинили гитлеровцам серьезный ущерб. Были уничто­жены несколько эшелонов врага, сотни фашистских солдат и офицеров, разрушены основные сооружения железнодорожного узла. Этот эффективный удар осуществили летчики 525-го штурмового полка — майор Н. В. Шаронов, лейтенанты И. М. Дол­гов, И. В. Ухабов, младшие лейтенанты Г. Ф. Пастухов, Н. И. Родин, А. С. Косолапов, Л. А. Брескаленко. За отважный и высокорезультативный налет советские летчики были удостоены правительственных наград.

Немецко-фашистское командование, еще так недавно оптимистически оценивавшее свое положение и считавшее реальным возвращение Киева, вдруг оказалось перед необходимостью мучительной переоценки обстановки. На огромном пространстве фронт обороны угрожающе трещал. 4-я танковая армия откатывалась на запад. Приходилось принимать экстренные меры. В полосу наступления 1-го Украинского фронта к 10 января были поспешно переброшены 12 дивизий (из них 2 танковые). С юга, из-под Кривого Рога, было срочно переведено управление 1-й танковой армии, которое возглавило войска, действовавшие на винницком и уманском направлениях. Противник, усилив свою группировку, к этому времени сосредоточил три танковые и четыре пехотные дивизии юго-восточнее Винницы и предпринял контрудар в на­правлении Липовца против выдвинувшихся вперед 38-й и 1-й танковой армий. Не­сколько позднее две танковые дивизии нанесли контрудар в районе северо-западнее Умани, куда вышли части 40-й армии и 5-го гвардейского танкового корпуса. Войска 1-го Украинского фронта вынуждены были прекратить наступление и принять меры для отражения ударов врага. Завязались ожесточенные бои, длившиеся почти две недели. Противнику удалось потеснить нагни войска на 25—30 километров, но дальнейшее его продвижение было остановлено.

В результате Житомирско-Бердичеьской операции 1-го Украинского фронта 1-я и 4-я танковые армии врага понесли серьезные потери и были отброшены далеко от Киева. Продвинувшись на 80—200 километров, войска фронта еще больше нависли над группой армий «Юг» и охватили с севера вражеские войска, продолжавшие удерживать правый берег Днепра у Канева.

* * *

2-й Украинский фронт, которым командовал генерал армии И. С. Конев — чле­ном Военного совета был генерал-лейтенант танковых войск И. 3. Сусайков, начальником штаба — генерал-полковник М. В. Захаров,— еще 20 декабря 1943 г. после тяжелых боев на правом берегу Днепра, длившихся в течение трех месяцев, временно перешел к обороне. Необходимо было закрепиться на занятых рубежах, дать войскам отдохнуть, пополнить и привести их в порядок, подготовить к дальнейшему наступлению. Фронту были выделены материальные средства, вооружение, боеприпасы. В частности, в конце декабря он получил 300 танков и 100 самоходно-артиллерийских установок. В это же время в распоряжение фронта перешел 5-й гвардейский кавалерийский корпус.

Перед 2-м Украинским фронтом оборонялась 8-я и часть сил 6-й армии в составе 22 дивизий, в том числе 5 танковых и 2 моторизованных. Основные силы противника действовали в первом эшелоне. В резерве Находились две танковые, одна моторизованная и три пехотные дивизии .

29 декабря Ставка приказала фронту подготовить новую операцию. Нанося главный удар на Кировоград — Новоукраинку — Первомайск, фронт должен был выйти на Южный Буг, а частью сил наступать на Шполу — Христиновку и во взаимодействии с 1-м Украинским фронтом разгромить противника в районе Звенигородка — Канев. Командующий 2-м Украинским фронтом решил силами 52-й армии под командованием генерал-лейтенанта К. А. Коротеева нанести удар в направлении Смела — Шпола — Христиновка с поворотом части сил на Корсунь-Шевченковский, чтобы разгромить врага в этом районе и установить связь с 1-м Украинским фронтом. 53-й армии, которой командовал генерал-лейтенант И. В. Галанин, предстояло с 5-м гвардейским механизированным корпусом нанести удар на Малую Виску. Наступление на кировоградском направлении планировалось вести двумя ударными группиров­ками. 5-я гвардейская армия генерал-лейтенанта А. С. Жадова и 7-й механизированный корпус должны были обходить Кировоград с северо-запада, а 7-я гвардейская армия генерал-полковника М. С. Шумилова и 5-я гвардейская танковая армия генерал-полковника танковых войск П. А. Ротмистрова — с юго-запада. Ударные группировки имели задачу окружить и уничтожить противника в районе Кировограда, а в дальнейшем развивать удар в направлении Новоукраинка — Помошная . Поддержка войск с воздуха возлагалась на 5-ю воздушную армию под командова­нием генерал-лейтенанта авиации С. К. Горюнова.

Утром 5 января фронт перешел в наступление. Густой туман плотной пеленой стлался над землей. Авиация в этих условиях действовать не могла. Но артиллерия сумела подавить вражескую оборону. Советские войска поднялись в атаку. Наибольшего успеха добились 53-я и 5-я гвардейская армии, наступавшие севернее Кирово­града. К исходу дня они продвинулись от 4 до 24 километров. Для развития успеха командующий фронтом перегруппировал на это направление 8-й механизированный корпус из 5-й гвардейской танковой армии. Войска, наступавшие юго-восточнее Кировограда, продвигались медленнее. Им пришлось вести тяжелые бои с сильной, состоявшей из двух танковых и трех пехотных дивизий, группировкой врага, которая была сосредоточена севернее Новгородки. В течение дня они продвинулись на 4-5 километров. Для завершения прорыва на этом направлении командование фронта ввело в сражение 5-ю гвардейскую танковую армию.

В последующие дни наступление наших войск, несмотря на яростные контр­атаки противника, развивалось успешно. В ночь на 7 января 29-й танковый корпус 5- й гвардейской танковой армии вышел к южной окраине Кировограда, а вслед за ним в город ворвались части 297-й и 50-й стрелковых дивизий. К утру этого дня наши подвижные войска, наступавшие севернее Кировограда, обошли город с северо-запада и у разъезда Лелековка (10 километров западнее Кировограда) перерезали шоссе и железную дорогу Кировоград — Новоукраинка. Одновременно части 18-го танкового корпуса 5-й гвардейской танковой армии перерезали дорогу Кировоград — Ровное. Основные пути отхода врага на запад были перехвачены .

Весь день 7 января в районе Кировограда шли ожесточенные бои. Они продолжались и ночью. Активную помощь нашим войскам оказали подпольщики Киро­вограда, которые выводили советские части на пути отхода противника и выполняли другие задания командования. К утру 8 января войска Красной Армии сломили сопротивление врага и освободили Кировоград. В последующие два дня они нанесли тяжелый урон четырем вражеским дивизиям, зажатым северо-западнее Кировограда, и, преследуя разбитые части противника, выдвинулись к западу от города.

Войска правого крыла фронта, начав наступление 5 января, продвинулись вперед до 40 километров, но на рубеже Смела — Каниж встретили упорное сопротивление врага. Противник, перебросив на это направление три танковые дивизии, пред­принял контратаки против 4-й гвардейской и 53-й армий.

В наступательных боях участвовали партизаны. Например, два партизанских отряда общей численностью около 1500 человек имели тесную связь с командованием 4-й гвардейской армии. По указанию штаба этой армии в расположение партизанских отрядов были сброшены на парашютах офицер и солдат-радист, что позволило координировать действия партизан и наступавших войск. В ночь на 7 января партизанские отряды нанесли удар в районе села Замятницы (30 километров юго-восточнее Смелы) и соединились с частями Красной Армии. Вместе с партизанами в расположение наших войск вышли тысячи советских людей, скрывавшихся в лесах от угона в Германию. Совместно с воинскими частями партизанские отряды в течение трех дней вели наступательные бои и заняли несколько населенных пунктов .

Стремясь выполнить поставленную задачу — выйти в район Христиновки на соединение с войсками 1-го Украинского фронта, командующий фронтом 16 января перегруппировал в полосу 53-й армии 5-ю гвардейскую танковую армию, которая, однако, не смогла развить успех, так как была ослаблена в предыдущих боях. Ввиду усилившегося сопротивления противника наступление войск фронта приостановилось на рубеже восточнее Смелы — западнее Кировограда.

В ходе Кировоградской операции войска 2-го Украинского фронта отбросили врага на 40—50 километров к западу и овладели сильным узлом сопротивления — Кировоградом. Вклинение наших войск в оборону противника на кировоградском направлении ставило под угрозу фланги как корсунь-шевченковской, так и криворожской группировок гитлеровцев.

* * *

Несмотря на успешное наступление войск 1-го Украинского фронта к юго-западу от Киева и 2-го Украинского фронта на кировоградском направлении, этим фронтам не удалось из-за сильного сопротивления врага сомкнуть свои фланги западнее Днепра. Здесь, в районе Корсунь-Шевченковского, противник продолжал удерживать выступ, глубоко вдававшийся в расположение наших войск.

Упорство, с каким вражеское командование цеплялось за Корсунь-Шевченковский выступ, было далеко не случайным. Попытка некоторых бывших гитлеровских генералов доказать ныне, что удержание этого выступа являлось результатом воен­ной неграмотности и тупого упрямства Гитлера, шита белыми нитками. Бывший командующий группой армий «Юг» генерал-фельдмаршал Манштейн, особенно настойчиво протаскивающий эту мысль в своей книге «Утерянные победы», просто пытается выйти сухим из воды, ибо легче сослаться на военное невежество мертвого фюрера, чем признать несостоятельность своих оперативно-стратегических соображений. На самом деле в середине января фашистское командование, включая и командование группы армий «Юг», все еще не хотело смириться с тем, что Восточный оборонительный вал рухнул. Оно еще надеялось на восстановление обороны по Днепру. Корсунь-Шевченковский выступ представлялся гитлеровскому командованию выгодным плацдармом, который можно было использовать для ударов по левому крылу 1-го Украинского и правому крылу 2-го Украинского фронтов. Стремясь во что бы то ни стало удержать выступ, фашистские заправилы руководствовались также соображениями пропагандистского характера: они продолжали трубить, что немецкие повара черпают воду из Днепра.

Враг прилагал все усилия, чтобы создать в районе выступа устойчивую оборону. Местность благоприятствовала этому. Большое количество оврагов, балок, высот, крупных населенных пунктов можно было легко приспособить к обороне. Выступ на участке от Тыновки до Канева обороняли войска 1-й танковой армии, а на участке Канев — Баландино — войска 8-й армии. Здесь находились девять пехотных, одна танковая дивизии и одна моторизованная бригада .

В обстановке, сложившейся к концу первой декады января, советское командование сочло необходимым принять решительные меры для ликвидации корсунь-шевченковской группировки врага, угрожавшей крыльям 1-го и 2-го Украинских фронтов и связывавшей их действия. 12 января Верховное Главнокомандование, уточнив поставленную ранее задачу, приказало окружить и уничтожить вражескую группировку в районе Корсунь-Шевченковского выступа. Для этого 1-й и 2-й Украинские фронты должны были войсками, расположенными на смежных крыльях, нанести мощные удары под основание выступа и соединиться в районе Шполы .

Командование 1-го Украинского фронта создало группировку, в состав которой вошли часть сил 40-й армии генерал-лейтенанта Ф. Ф. Кмаченко, 27-и армии генерал-лейтенанта С. Г. Трофименко и 6-я танковая армия под командованием генераллей­тенанта танковых войск А. Г. Кравченко. Войскам этой группировки предстояло нанести главный удар из района южнее Таращи в общем направлении Звени: ородка — Шпола и соединиться со 2-м Украинским фронтом, а частью сил наступать в направлениях на Тальное и на Богуслав.

 

Командующий 2-м Украинским фронтом решил силами 4-й гвардейской армии под командованием генерал-майора А. И. Рыжова (с 3 февраля командующим армией стал генерал-лейтенант И. К. Смирнов) и 53-й армии нанести удар из района Баландино в общем направлении Шпола — Звенигородка. 5-я гвардейская танковая армия, переброшенная из района Кировограда и имевшая 205 танков и самоходно-артиллерийских установок, предназначалась для развития успеха общевойсковых армий на главном направлении. Чтобы отвлечь внимание противника от направления главного удара фронта, сковать вражеские войска и не допустить переброски их на главное направление, намечалось нанести вспомогательные удары силами 5-й и 7-й гвардейских армий. Поддержка ударных группировок фронтов возлагалась на

2-ю и 5-ю воздушные армии. Всего к участию в операции привлекалось 27 стрелковых дивизий, 4 танковых корпуса и 1 механизированный, которые располагали 3900 орудиями и минометами, 370 танками и самоходно-артиллерийскими установками . Это обеспечило превосходство в силах над противником по пехоте в 1,7 раза, по орудиям и минометам в 2,4 раза, по танкам и самоходно-артиллерийским установкам в 2,6 раза.

Однако общее превосходство в силах само по себе еще не могло предопределить успех. Действовать предстояло в распутицу, которая благоприятствовала оборонявшейся стороне. Разбитые и раскисшие дороги затрудняли маневр войск и подвоз материально-технических средств. Большинство наших аэродромов было непригодно для взлета и посадки самолетов. Поэтому организация наступления и управления войсками в ходе боевых действий приобретала исключительное значение. Но особенно важным являлся боевой дух личного состава, его политико-моральное состояние, способность выдержать огромное физическое напряжение.

Моральный дух наших воинов был неизмеримо выше морального духа солдат и офицеров противника. Крупные победы Вооруженных Сил СССР над немецко-фашистской армией еще более повысили моральное состояние советских войск. Командование, политорганы, партийные и комсомольские организации воспитывали у личного состава высокий наступательный порыв и непреклонную решимость разгромить врага. Подготовка к операции велась в канун 20-й годовщины со дня смерти основателя Коммунистической партии и Советского государства В. И. Ленина. 21 января во многих соединениях вышли специальные номера красноармейских газет, боевые листки. В них широко пропагандировались идеи В. И. Ленина о защите социалистического Отечества, его высказывания о Красной Армии. Воины Украинских фронтов следили в те январские дни за успешными действиями войск Ленинградского и Волховского фронтов. Сводки об этих успехах быстро распространялись в частях и подразделениях, вселяя в бойцов бодрость и уверенность, воодушевляя их на новые подвиги.

Командиры и политработники вели большую работу с пополнением, прибывавшим главным образом из освобожденных районов. Закаленные в боях воины тепло встречали молодых солдат. Так, на митинге, посвященном прибытию нового пополнения, командир 69-й гвардейской стрелковой дивизии генерал-майор К. К. Джахуа рассказал о боевом пути соединения, его славных традициях и героях. С молодыми бойцами проводились беседы о военной присяге, о священном долге перед социалистической Родиной. Ветераны славных битв под Москвой, Сталинградом, Курском, участники форсирования Днепра делились своим боевым опытом.

Во многих частях состоялись митинги боевого содружества солдат и офицеров — представителей различных родов войск. Стрелки, пулеметчики, бронебойщики, артиллеристы, минометчики, танкисты, связисты рассказывали о боевых свойствах своего оружия и давали обещание умело использовать его мощь для достижения успеха .

Серьезное внимание уделялось укреплению партийных и комсомольских организаций прежде всего в тех подразделениях, которым предстояло решать наиболее ответственные задачи. В частях и подразделениях состоялись партийные и комсомольские собрания. Выступавшие на них говорили о положительных и отрицательных сторонах в действиях воинов в период боев за Киев, Казатин, Кировоград, об особенностях предстоящих боев. Собрания призвали всех коммунистов и комсомольцев быть примером в выполнении воинского долга.

Во время подготовки к наступлению войска были пополнены вооружением, боеприпасами, горючим и смазочными материалами, продовольствием. Но короткие сроки подготовки, большие трудности, вставшие перед транспортом из-за распутицы,, не позволили создать необходимые запасы боеприпасов и горючего. В некоторых армиях (4-й гвардейской, 52-й, 27-й) было всего лишь 0,6—0,8 комплекта основных видов боеприпасов. Особенно остро ощущался недостаток в минах. К началу операции войска имели 1—2 заправки автобензина, от 1,5 до 7 заправок дизельного топлива. Чтобы обеспечить войска боеприпасами, горючим, продовольствием в ходе опе­рации, органы тыла должны были приложить огромные усилия.

24 января 4-я гвардейская армия и 53-я армия 2-го Украинского фронта начали разведку боем силами передовых батальонов, а с утра 25 января перешли в наступление их главные силы. Совместно с передовыми бригадами 20-го и 29-го корпусов 5-й гвардейской танковой армии они завершили прорыв главной полосы обороны и расширили его в стороны флангов. С воздуха атаковавшие войска поддерживала штур­мовая авиация, которая группами по четыре — восемь самолетов подавляла огневые точки противника. В 14 часов 25 января в сражение были введены главные силы 5-й гвардейской танковой армии. Ее 20-й и 29-й корпуса прорвали на следующий день вторую оборонительную полосу врага и устремились в оперативную глубину.

Стремясь ликвидировать прорыв, противник 27 января тремя танковыми дивизиями нанес контрудар от Новомиргорода на Оситняжку. Одновременно с севера в направлении также на Оситняжку нанесли удар части одной танковой и двух пехотных дивизий. Завязались ожесточенные бои, в ходе которых противнику удалось закрыть образовавшуюся в его обороне брешь и отрезать наши 20-й и 29-й танковые корпуса от главных сил фронта.

Несмотря на сложную обстановку, личный состав корпусов продолжал настойчиво выполнять основную задачу. Действуя решительно и смело, 20-й танковый корпус под командованием генерал-лейтенанта танковых войск И. Г. Лазарева 27 января ночной атакой овладел городом Шполой и 28 января достиг Звенигородки. 29-й танковый корпус, которым командовал генерал-майор танковых войск И. Ф. Кириченко, вышел в район Липянки. Тем временем главные силы ударной группировки фронта, в том числе второй эшелон 5-й гвардейской танковой армии — 18-й танковый корпус под командованием генерал-майора танковых войск В. И. Полозкова и вве­денный в сражение из резерва фронта 5-й гвардейский кавалерийский корпус под командованием генерал-майора А. Г. Селиванова, продолжали вести упорные бои с контратакующими немецкими дивизиями севернее Новомиргорода. К 30 января они разгромили эти дивизии и стали развивать наступление вслед за 20-м и 29-м танковыми корпусами.

1-й Украинский фронт начал наступление 26 января. Войска пошли в атаку после артиллерийской подготовки при поддержке небольших групп самолетов-штурмовиков. Враг, опираясь на сильно укрепленные опорные пункты, оказал ожесточенное сопротивление, однако под ударами наших войск вынужден был отступить. При прорыве вражеской обороны особенно успешно действовали войска 27-й и 6-й танковой армий. 28 января подвижной отряд 6-й танковой армии в составе 233-й танковой бригады, 1228-го самоходно-артиллерийского полка, мотострелкового батальона и батареи истребительно-противотанковой артиллерии под общим командованием генерал-майора танковых войск М. И. Савельева, осуществив обходный маневр, прорвался через Лысянку в Звенигородку, где соединился с войсками 5-й гвардейской танковой армии 2-го Украинского фронта .

В результате ударов войск 1-го и 2-го Украинских фронтов, нанесенных с двух сторон под основание Корсунь-Шевченковского выступа, немецко-фашистская группировка в составе десяти дивизий, одной бригады и нескольких артиллерийских, танковых и инженерных частей и подразделений была отсечена от основных сил противника. Однако в боевых порядках наших войск имелись промежутки, через которые враг мог вырваться из окружения или получить помощь извне. Необходимо было создать сплошные внутренний и внешний фронты окружения. Соединения 27-й и 4-й гвардейской армий, а также 5-й гвардейский кавалерийский корпус, продвигаясь вперед, образовали внутренний фронт. 6-я и 5-я гвардейская танковые армии, усиленные стрелковыми войсками, артиллерией и инженерными частями, прочно оборонялись на внешнем фронте. К флангам этих армий примыкали соединения 40-й и 53-й армий.

Оказавшись в «котле», дивизии врага с первого же дня начали испытывать трудности с горючим и продовольствием. Гитлеровское командование пыталось организовать их снабжение по воздуху, сосредоточив для этой цели большое количество транспортной авиации. Однако наша авиация и зенитная артиллерия почти полностью блокировали окруженную группировку с воздуха. Несмотря на неблагоприятные условия, советские летчики сбили 257 самолетов противника, в том числе 31 транспортный самолет. Одновременно наносились удары по аэродромам и посадочным площадкам врага, в результате чего было уничтожено около 200 самолетов, главным образом транспортных. Наконец, наша авиация бомбардировала и штурмовала войска противника, его артиллерию и железнодорожные узлы.

Используя выгодные для обороны условия местности, враг цеплялся за каждый рубеж, за каждый населенный пункт и оказывал упорное сопротивление. Советские части, наступая в условиях бездорожья, упорно и настойчиво продвигались вперед. Пехотинцы и артиллеристы с помощью местных жителей на руках переносили боеприпасы и продовольствие, вытягивали застрявшие орудия. Танкистам также приходилось нелегко, особенно из-за трудностей с подвозом горючего и боеприпасов. Нужны были огромное мужество и настойчивость, чтобы вести наступление в таких условиях и бить врага, не давая ему передышки.

Окружение корсунь-шевченковской группировки противника совпало с первой годовщиной уничтожения вражеских войск на Волге. В связи с этим в частях состоялись митинги. Выступавшие на них рассказывали о бесстрашии и мужестве советских воинов и призывали продолжить их славные традиции на берегах Днепра. Военный совет 1-го Украинского фронта обратился к офицерам и солдатам с призывом в короткий срок разгромить врага. Большой подъем в войсках вызвало известие о присвоении наименования «Звенигородских» 62-й гвар­дейской стрелковой дивизии (командир дивизии полковник И. Н. Мошляк, начальник цолитотдела подполковник А. М. Санин); 69-й гвардейской стрелковой дивизии (командир генерал-майор К. К. Джахуа, начальник политотдела подполковник М. Н. Рябов); 94-й гвардейской стрелковой дивизии (командир полковник Г. Н. Шостацкий, начальник политотдела подполковник А. Н. Светочев); 20-му танковому корпусу (командир генерал-лейтенант И. Г. Лазарев, начальник политотдела пол­ковник А. К. Погосов) и другим частям и соединениям.

Кольцо окружения все более и более сжималось. 8 февраля советское командование во избежание ненужного кровопролития предложило вражеским дивизиям сложить оружие. Условия капитуляции были гуманными. В частности, всем солдатам и офицерам гарантировались жизнь и безопасность . Однако немецко-фашистское командование отклонило это предложение, чем обрекло на бессмысленную смерть десятки тысяч своих людей. Бои возобновились с новой силой. Положение врага с каждым днем ухудшалось. К 10 февраля вся территория, занятая им, простреливалась советской артиллерией.

В это время на внешнем фронте шли ожесточенные бои с крупными силами про­тивника, пытавшимися прорвать нашу оборону и прийти на помощь окруженным войскам. Если 27 января перед внешним фронтом советских войск действовали три танковые и три пехотные дивизии врага, то к 11 февраля было уже восемь танковых и шесть пехотных дивизий . Гитлеровцы особенно настойчиво пытались прорвать внешний фронт в полосе 2-го Украинского фронта, в районах Новомиргорода, Тол­мача. Но все их попытки потерпели неудачу. Тогда немецко-фашистское командова­ние перенесло центр тяжести боев в полосу 1-го Украинского фронта, в район Ризино, сосредоточив здесь три танковые дивизии. Враг решил мощным танковым тараном пробить брешь в нашей обороне в направлении Лысянки и соединиться с окруженными войсками. Наступление из района Ризино началось 4 февраля. Одновременно три другие танковые дивизии немцев возобновили наступление в районе Толмача.

Советские войска на всех участках встретили противника организованным огнем. Особенно важную роль в отражении танковых атак врага сыграла наша артиллерия. Однако ценой больших потерь противнику, наносившему удар в районе Ризино, удалось вклиниться в оборону советских войск. К месту прорыва наше командование подтянуло стрелковые войска, артиллерию. Сюда была перегруппирована переданная 1-му Украинскому фронту из Резерва Ставки 2-я танковая армия под командованием генерал-лейтенанта танковых войск С. И. Богданова. Немецко-фашистские войска были остановлены.

Но противник, не теряя надежды пробиться к окруженным войскам, начал гото­виться к новому удару на Лысянку. В район Ризино он подтянул еще одну танковую дивизию, батальон танков и два дивизиона штурмовых орудий. Три танковые дивизии враг перегруппировал из района Толмача в район Ерки, откуда они должны были нанести удар также на Лысянку. Одновременно крупные силы из состава окруженной группировки стягивались в район Стеб лева для удара через Шендеровку на Лысянку. Предпринимая удары, гитлеровцы рассчитывали не только освободить свои дивизии, находившиеся в «котле», но и окружить наши войска, действовавшие в районе Рыжановка — Лысянка — Звенигородка.

11 февраля враг вновь начал наступление на внешнем фронте. Разгорелись упорные бои. Продвижение противника из района Ерки было остановлено войсками 2-го Украинского фронта. Однако танковые дивизии врага, наступавшие из района Ризино, все же потеснили наши части и вышли в район Лысянки. Окруженные фашистские войска 12 февраля нанесли удар из района Стеблева на юго-запад в надежде прорваться в район Лысянки и соединиться с танковыми дивизиями. Здесь также завязались тяжелые бои, нередко переходившие в рукопашные схватки. Враг шел напролом, бросая в бой все новые и новые силы. Ему удалось пробиться в район Шен-деровки, в результате чего расстояние между окруженной группировкой и танковыми дивизиями, прорвавшимися с внешнего фронта в район Лысянки, сократилось до 10—12 километров.

Чтобы окончательно остановить противника и быстро уничтожить окруженные дивизии, наше командование стянуло с других участков на опасные направления стрелковые, танковые войска, артиллерию, инженерные части. Большую роль сыграла, например, перегруппировка в район Комаровка — Новая Буда 29-го танкового корпуса из 5-й гвардейской танковой армии и 5-го гвардейского кавалерийского корпуса . Для более четкого согласования действий войск, нацеленных на уничтожение врага, руководство ими было возложено на командующего 2-м Украинским фронтом, в подчинение которого перешла и 27-я армия 1-го Украинского фронта. 5-я воздушная армия получила задачу всеми своими силами поддерживать войска 2-го Украинского фронта; 2-й воздушной армии совместно с 10-м истребительным корпусом ПВО приказывалось не допустить прорыва вражеской авиации к окружен­ным войскам. Продвижение противника извне и из «котла» было остановлено. Советские войска все туже стягивали железное кольцо вокруг немецко-фашистской группировки. 14 февраля они выбили противника из Корсунь-Шевченковского —крупного узла дорог и мощного узла сопротивления .

Во время ликвидации окруженных гитлеровских дивизий советским войскам помогало местное население. Жители освобожденных украинских сел ремонтировали дороги, строили оборонительные сооружения, доставляли боеприпасы. Способные носить оружие добровольно вступали в ряды Советских Вооруженных Сил. Только в селе Квитки 500 мужчин влились в состав 180-й стрелковой дивизии, а около 600 женщин, стариков и подростков рыли окопы, подносили патроны, снаряды, выносили с поля боя раненых и оказывали им первую помощь. За храбрость и отвагу многие квитчане были награягдены правительственными наградами.

Активно помогали нашим войскам в уничтожении окруженной вражеской группировки партизаны. Они наносили удары но отходившим подразделениям противника, по его коммуникациям и крупным опорным пунктам. Так, партизанский отряд имени Т. Г. Шевченко под командованием Н. А. Дудченко содействовал частям 27-й армии в овладении опорным пунктом врага Бровахи (15 километров северо-восточнее Корсунь-Шевченковского).

Потеряв всякую надежду на помощь извне, командование немецко-фашистских войск, находившихся в «котле», решило предпринять последнюю отчаянную попытку вырваться из окружения. Остатки вражеских частей были стянуты в район Шендеровки . В ночь на 17 февраля противник колоннами двинулся из этого района на юго-запад. Несмотря на сильный ветер и снегопад, самолеты 312-й ночной легко­бомбардировочной авиационной дивизии 5-й воздушной армии поднялись в воздух и нанесли по фашистским войскам бомбовый удар. Мощный огонь открыла наша реактивная артиллерия, а вслед за тем врага атаковали с различных направлений танки, пехота и кавалерия. Но противник шел напролом, невзирая ни на какие потери.

Сосредоточенный удар врага приняли на себя соединения 27-й и 4-й гвардейской армий. Советские воины встретили гитлеровцев шквальным артиллерийским и ружейно-пулеметным огнем. В ослеплявшей пурге завязались смертельные схватки. На окраине села Почапинцы героически дрались курсанты учебного батальона 41-й гвардейской стрелковой дивизии. Курсант Н. Е. Сергиенко и два его товарища уничтожили более 100 фашистов. Большой урон врагу нанесли храбро сражавшиеся артиллеристы 438-го истребительно-противотанкового полка под командованием подполковника В. К. Новикова . За мужество и отвагу, проявленные в боях, курсанту Н. Е. Сергиенко и подполковнику В. К. Новикову было присвоено звание Героя Советского Союза.

Противник, пытавшийся вырваться из окружения, был уничтожен. Лишь небольшая группа вражеских танков и бронетранспортеров с генералами и старшими офицерами, бросившими войска на произвол судьбы, прорвалась под прикрытием пурги в направлении Лысянки . До этого гитлеровское командование сумело вывезти из котла самолетами 2—3 тыс. солдат и офицеров. Вот все, что удалось спасти из окружения!

Корсунь-Шевченковская операция завершилась окружением и ликвидацией десяти дивизий и одной бригады врага. 55 тыс фашистских солдат и офицеров было убито и ранено, 18 200 человек взято в плен. Противник потерял все вооружение и боевую технику. Это ослабило вражескую группировку, деморализовало войска.

Уничтожение немецко-фашистской группировки в районе Корсунь-Шевченковского произвело большое впечатление за рубежом: друзья советского народа встретили эту весть с радостью, враги — со злобой и раздражением. Ставка Гитлера находилась в растерянности, не зная, что делать: признать факт и объявить траур по дивизиям, погибшим под Корсунь-Шевченковским, как это было после Сталинграда, или попытаться скрыть истинное положение вещей. Видимо считая политически не­выгодным признание факта нового окружения — на Днепре, ставка Гитлера разыграла фарс: в торжественной обстановке наградила бросивших свои войска командиров дивизий генералов Т. Либ и Г. Гилле. Это должно было служить доказательством того, что немецкие дивизии под Корсунь-Шевченковским якобы вырвались из окруже­ния. Битые гитлеровские генералы, выступающие ныне в роли военных историков, воскрешают легенду о том, что будто бы немецко-фашистские войска численностью в 30—32 тыс. человек избежали гибели под Корсунь-Шевченковским. Но они не утруждают себя при этом ссылками на документы, а основываются все на том же фарсе с награждением бежавших с поля битвы генералов. И все же германские историки—участники войны должны были признать, что результатом Корсунь-Шевченковской операции «оказался новый Сталинград — правда, масштабы катастрофы на этот раз были меньше... но потери, особенно в артиллерии, были огромные».

Корсунь-шевченковская операция вошла в историю Великой Отечественной войны как замечательный образец окружения и уничтожения крупной вражеской группировки, оснащенной всеми видами боевой техники. Красная Армия еще раз показала свое умение осуществлять операции на окружение, представляющие наиболее сложную форму ведения боевых действий. Эта операция является не только ярким примером высокого уровня советского военного искусства, но и показателем морального превосходства советских войск. Ведя бои в исключительно сложных метеорологических условиях, советские воины проявили выносливость, самоотверженность и непреклонную решимость разгромить врага.

Крайне напряженной в ходе операции была работа тыла. На отдельных участках из-за распутицы приходилось через 10—15 километров перегружать материальные средства с автомобильного транспорта на гужевой и обратно. Во всех соединениях использовались конные и воловьи упряжки. Часть боеприпасов и горючего перебрасывалась самолетами. Например, в снабжении 2-й и 6-й танковых армий участвовала 326-я ночная бомбардировочная дивизия 2-й воздушной армии, которая в период с Ь по 16 февраля перебросила 49 тонн горючего и смазочных материалов и до 70 тонн боеприпасов.

В результате уничтожения корсунь-шевченковской группировки врага обстановка на стыке 1-го и 2-го Украинских фронтов коренным образом изменилась. Были созданы благоприятные условия для дальнейшего наступления наших войск к Южному Бугу и Днестру. Ликвидация Корсунь-Шевченковского выступа устранила угрозу крыльям 1-го и 2-го Украинских фронтов и вместе с тем обеспечила маневр наших войск вдоль фронта. Ваяшейшая рокадная железная дорога на правом берегу Днепра Фастов — Белая Церковь — Корсунь-Шевченковский — Знаменка — Днепро­петровск была очищена на всем ее протяжении. С ликвидацией выступа высвободилось значительное количество наших войск, что способствовало созданию ударной группировки для последующего наступления войск 2-го Украинского фронта на Умань и Могилев-Подольский. Враг был окончательно отброшен от Днепра в его среднем течении. Планы немецко-фашистского командования на восстановление обороны по Днепру рухнули.

* * *

В конце января одновременно с Корсунь-Шевченковской операцией войска правого крыла 1-го Украинского фронта начали Ровно-Луцкую операцию с целью разгромить противника и овладеть районом Ровно — Луцк — Шепетовка.

По решению командующего фронтом главный удар наносился силами 13-й армии под командованием генерал-лейтенанта Н. П. Пухова из района Сарны в общем направлении на Ковель. С выходом в район Маневичей часть сил этой армии поворачивала на юг для обхода Луцка с северо-запада. Левофланговые соединения 13-й армии должны были нанести фронтальный удар из района Гоща. Правофланговые соединения 60-й армии, которой командовал генерал-лейтенант И. Д. Черняховский, получили задачу овладеть рубежом Острог — Славута — Шепетовка.

Перед 13-й и 60-й армиями оборонялись войска 4-й танковой армии врага в составе десяти дивизий . Кроме того, в полосе 13-й армии действовали 24 эсэсовских и полицейских батальона. Противник не ожидал здесь наступления крупных сил советских войск. Оборона его была не сплошной, лишь основные дороги прикрывались сильными опорными пунктами. Лесисто-болотистая, иногда непроходимая местность была действительно очень трудной для ведения боевых действий крупных масштабов. Половодье, дожди, бездорожье усложнили и без того крайне тяжелые для наступления условия. Противник считал, что советские войска не смогут вести активные боевые действия в такой обстановке. Это учитывало наше командование. Именно на данном участке сосредоточивались кавалерийские соединения, имевшие возможности для широкого маневра.

В районе предстоящих боев оперировали крупные партизанские силы. Еще до начала операции партизаны участили удары по тылам и коммуникациям врага. Они держали противника в постоянном напряжении, наносили ему большой урон в живой силе и технике, разрушали шоссейные и железные дороги, срывали перегруппировки войск и перевозки грузов. Партизанские отряды заняли и удержали до подхода частей Красной Армии районные центры Ровенской и Волынской областей — Острог, Рафаловку, Колки и другие .

Наши войска начали наступление 27 января. Уже 29 января 1-й и 6-й гвардейские кавалерийские корпуса, введенные в сражение из второго эшелона 13-й армии, вышли к реке Стыри. Затем по приказу командующего фронтом они повернули на юго-запад и стали развивать удар во фланг и тыл противнику, оборонявшемуся в районах Ровно и Луцка. 31 января 1-й гвардейский кавалерийский корпус, которым командовал генерал-лейтенант В. К. Баранов, вышел в район Киверцев, а 6-й гвардейский кавалерийский корпус под командованием генерал-лейтенанта С. В. Соколо­ва внезапным ударом овладел Клеванью. Развивая наступление от Киверцев на юго-запад, части 1-го гвардейского кавалерийского корпуса утром 2 февраля заняли Луцк. Соединения 6-го гвардейского кавалерийского корпуса из района Клевани нанесли удар на юго-восток и к вечеру того же дня во взаимодействии с войсками, наступавшими с фронта, и при содействии партизан овладели Ровно. 3 февраля был освобожден важный узел железных дорог Здолбунов.

Во время боев за Ровно партизанские соединения, которыми командовали В. А. Бегма, И. Ф. Федоров и Н. В. Таратуто, громили тылы немецко-фашистских войск. 2 февраля партизаны заняли местечко Цумань и вышли на подступы к Ровно. Нанеся удар с запада, они способствовали освобождению этого областного центра Украины, где длительное время находилась резиденция рейхскомиссара Коха. Здесь, в логове гитлеровского «наместника», также действовали партизаны и подпольные патриотические группы. Самоотверженную борьбу под руководством Ровен-ского подпольного обкома партии вели 9 подпольных райкомов партии и 12 райкомов комсомола. В самом городе активную деятельность развернули три подпольные организации, которыми руководили Т. Ф. Новак, Н. М. Астафов и П. М. Мирющенко. Беззаветной отвагой и мужеством прославили свои имена партизаны Н. И. Кузнецов, Я. С. Каминский, Н. В. Струтинский, Н. А. Гнидюк и многие другие. Накануне вступления советских войск в Ровно партизаны произвели взрывы на вокзале, в немецкой офицерской столовой, пустили под откос поезд. Партизанские соединения С. Ф. Маликова, А. М. Грабчака, И. И. Шитова, М. И. Наумова и других действовали в это же время на коммуникациях противника. Они освободили десятки населенных пунктов в тылу врага

Войска правого фланга 60-й армии в первых числах февраля вышли на подступы к Шепетовке. Противник, стремясь удержать этот важный узел железных дорог, сильно укрепил город, сосредоточив здесь крупную группировку войск. Советские войска готовились к штурму в течение нескольких дней. 10 февраля они возобновили наступление и 11 февраля после ожесточенных боев полностью овладели Шепетовкой. Выдвинувшись на рубеж Луцк — Млинов — Изяслав, войска правого крыла фронта глубоко охватили фланг группы немецко-фашистских армий «Юг», обеспечив выгодное положение для дальнейшего наступления.

* * *

В начале января развернулись тяжелые бои на никопольско-криворожском направлении. Здесь действовали войска 3-го Украинского фронта — командующий генерал армии Р. Я. Малиновский, член Военного совета генерал-лейтенант А. С. Желтов, начальник штаба генерал-лейтенант Ф. К. Корженевич — и войска 4-го Украинского фронта — командующий генерал армии Ф. И. Толбухин, член Военного совета генерал-майор Н. Е. Субботин, начальник штаба генерал-лейтенант С. С. Бирюзов, — перед которыми Ставка поставила задачу разгромить вражеские войска в районе Никополя и на никопольском плацдарме .

Немецко-фашистское командование стремилось любой ценой удержать Никополь и Кривой Рог — важный в экономическом отношении район марганцевых и железорудных разработок, а также никопольский плацдарм, который предполагалось использовать для удара на Крым и восстановления сухопутной связи с крымской группировкой. Противник принимал все меры к тому, чтобы укрепить оборону. Пер­вый рубеж включал три ряда траншей и окопов, прикрытых проволочными заграждениями и минными нолями. Все высоты и населенные пункты, находившиеся в ближайшей глубине обороны, были превращены врагом в сильные опорные пункты. В оперативной глубине спешно готовились промежуточные рубежи. Перед 3-м Украинским фронтом укреплялся рубеж по реке Каменке, перед войсками 4-го Украинского фронта мощной естественной преградой являлся Днепр. Действовавшая в районе Никополя и Кривого Рога 6-я немецкая армия к началу нашего наступления имела в своем составе 23 дивизии, в том числе 4 танковые и 1 моторизованную .

10 января 3-й Украинский фронт перешел в наступление, нанося главный удар в направлении Апостолово. На следующий день войска 4-го Украинского фронта начали активные действия против засевшего на никопольском плацдарме врага. В ходе пяти- , шестидневных ожесточенных боев войска обоих фронтов продвинулись на несколько километров, но решительных результатов не достигли. Это объяснялось главным образом тем, что они имели значительный некомплект в живой силе и технике, особенно в танках, а также крайне ограниченное количество боеприпасов. Поэтому было принято решение временно прекратить атаки и более тщательно подготовить операцию. 3-й Украинский фронт, которому в предстоящей операции отводи­лась основная роль, был усилен 37-й армией из 2-го Украинского фронта, 31-м гвардейским стрелковым корпусом из Резерва Ставки, 4-м гвардейским механизирован­ным корпусом из 4-го Украинского фронта. Кроме того, он получил еще 64 танка.

Оба фронта были пополнены боеприпасами и горючим. Таким образом, Ставка приняла необходимые меры, чтобы обеспечить успех операции.

Командующий 3-м Украинским фронтом решил нанести главный удар из района Новониколаевки силами 46-й армии, которой командовал генерал-лейтенант В. В. Глаголев, 8-й гвардейской армии под командованием генерал-полковника В. И. Чуйкова и 4-го гвардейского механизированного корпуса генерал-лейтенанта Т. И. Танасчишина. Ударной группировке ставилась задача прорвать вражескую оборону и развивать наступление на Апостолово и далее к Днепру, с тем чтобы во взаимодействии с войсками 4-го Украинского фронта разгромить противника в районе Никополя. 37-я армия —командующий генерал-лейтенант М. Н. Шарохин —и 6-я армия—командующий генерал-лейтенант И. Т. Шлемин — наносили вспомогательные удары. Наступление общевойсковых армий должна была поддерживать 17-я воздушная армия, которой командовал генерал-лейтенант авиации В. А. Судец Войскам 4-го Украинского фронта: 3-й гвардейской армии под командованием генерал-лейтенанта Д. Д. Лелютпенко, 5-й ударной армии, которой командовал генерал-полковник В. Д. Цветаев, и 28-й армии — командующий генерал-лейтенант А. А. Гречкин — при поддержке 8-й воздушной армии под командованием генерал-лейтенанта авиации Т. Т. Хрюкина предстояло наступать на никопольский плацдарм и содействовать 3-му Украинскому фронту в разгроме никопольской группировки противника .

Утром 30 января началось наступление войск 3-го Украинского фронта на направлениях вспомогательных ударов, а на рассвете 31 января после сильной артиллерийской и авиационной подготовки перешли в наступление 46-я и 8-я гвардейская армии. На следующий день в полосе 8-й гвардейской армии был введен в прорыв 4-й гвардейский механизированный корпус, составлявший подвижную группу фронта. Так началась Никопольско-Криворожская операция. В короткий срок советские войска сокрушили оборону противника. Попавшие под удар наших войск 46, 123, 306-я пехотные и 16-я моторизованная дивизии врага были разгромлены. Командир 16-й моторизованной дивизии в письме командующему 6-й немецко-фашистской армией сообщал: «Много машин было потеряно в грязи во время отхода из Михайловки на запад. Отступающая пехота потеряла свое последнее тяжелое оружие и боеприпасы... Сотнями брели эти уставшие люди шаг за шагом по грязи, доходившей до колен... Над нами витал дух катастрофы». Враг, рассчитывавший на весеннюю распутицу как на своего союзника, теперь готов был свалить всю вину за поражение на грязь и бездорожье.

Развивая наступление в трудных условиях распутицы, наши войска настойчиво продвигались вперед и 5 февраля овладели крупным железнодорожным узлом Апостолово.

Войска 4-го Украинского фронта 31 января перешли в наступление на никопольский плацдарм противника и к 8 февраля полностью очистили весь левый берег Днепра. В тот же день совместными усилиями войск 3-го и 4-го Украинских фронтов был освобожден Никополь. В боях за город отличились воины 203, 333, 266-й стрелковых дивизий и 5-й отдельной мотострелковой бригады. Подразделения мотострелковой бригады, действовавшие в составе 3-й гвардейской армии, форсировали Днепр и в числе первых ворвались в Никополь. Население горяч встретило своих освободителей. За проявленное мужество и отвагу воинам этой бригады — рядовому А. Е. Михайличенко, сержантам Н. М. Мартынову, А. И. Свечкареву, К. Н. Хох-лову, командиру батальона майору Г. М. Надежкину — было присвоено звание Героя Советского Союза. От Апостолово 3-й Украинский фронт продолжал наступление на запад и на юго-восток. На запад, к реке Ингульцу, продвигалась 46-я армия, на юго-восток, к Днепру, наступали соединения правого фланга 8-й гвардейской армии и 4-й гвардейский механизированный корпус с целью отрезать пути отхода пяти немецким дивизиям, действовавшим в районе Никополя. Стремясь не допустить окружения своей никопольской группировки, немецкое командование сосредоточило против 8-й гвардейской армии девять пехотных и две танковые дивизии. 10 февраля противник нанес сильный контрудар в направлении на Апостолово. Наша 8-я гвардейская армия растянулась к этому времени на широком фронте. Значительная часть артиллерии отстала, не хватало боеприпасов. Весеннее половодье замедляло маневр частей и соединений, продвижение артиллерии и подвоз боеприпасов. И все-таки советским войскам удалось отразить контрудар врага. Однако развить наступление они не смогли. В результате никопольская группировка, избежав нависавшей угрозы окружения, отошла на запад. Но при отходе враг понес огромные потери в людях и особенно в технике. Па свидетельству Типпельскирха, разгром немецко-фашистских войск в районе Никополя был «тяжелым поражением, не на много уступавшим по своим масштабам катастрофе 8-й армии» (под Корсунь-Шевченковским. — Ред.).

После победы над никопольской группировкой противника войска 3-го Украинского фронта в течение нескольких дней подтягивали артиллерию, танки, подвозили боеприпасы. 17 февраля они возобновили наступление с целью разгрома криворожской группировки врага. Удар на Кривой Рог наносился с двух сторон: с северо-востока силами 37-й армии и с юго-востока силами 46-й армии. Преодолевая упорное сопротивление противника, шаг за шагом продвигались по топкой грязи советские воины. Бои на подступах к Кривому Рогу носили исключительно ожесточенный характер. 22 февраля город был освобожден. При овладении Кривым Рогом отличились 20, 48 и 92-я гвардейские стрелковые дивизии, 462-й минометный, 28-й отдельный гвардейский танковый, 371-й ночной бомбардировочный полки и другие соединения и части. Многим из них было присвоено почетное наименование «Криворожских». В последующие дни наши войска вышли к реке Ингульцу и завязали бои за плацдармы.

Войска 5-й ударной армии 4-го Украинского фронта форсировали Днепр в районе Большой Лепетихи, а затем нанесли удар в юго-западном направлении. К 29 февраля они вышли на рубеж Блакитное—Качкаровка.

В напряженных боях, длившихся в течение февраля, войска 3-го и 4-го Украин­ских фронтов разгромили никопольско-криворожскую группировку врага, нанеся тяжелый урон 6-й немецкой армии. Был ликвидирован оперативно важный плацдарм противника на левом берегу Днепра, южнее Никополя. 4-й Украинский фронт мог теперь, не опасаясь удара в тыл, приступить к подготовке операции по освобождению Крыма. Выход на рубеж реки Ингульца создал нашим войскам благоприятные условия для развития дальнейшего наступления на николаевско-одесском направлении.

* * *

В ходе январско-февральского наступления четыре Украинских фронта разгромили крупные вражеские группировки под Житомиром и Бердичевом, Кировоградом и Корсунь-Шевченковским, Ровно и Луцком, Никополем и Кривым Рогом, причем десять дивизий и одна бригада противника были полностью уничтожены. За два месяца советские войска завершили освобождение Киевской, Днепропетровской, Запорожской областей, очистили от врага всю Житомирскую, почти целиком Ровенскую и Кировоградскую области, а также некоторые районы Винницкой, Николаевской, Каменец-Подольской и Волынской областей.

Отступая под ударами Красной Армии, гитлеровцы предавали огню города и села. В день вступления наших войск в Белую Церковь горели ее окраины. В одном из домов оккупанты перед отходом сожгли 60 жителей. В центре Кривого Рога были сожжены или взорваны все лучшие здания, на руднике имени Г. К. Орджоникидзе затоплены шахты, взорван ствол, свален каупер. Горняцкий поселок стоял обезображенный пожарами. Бесформенную груду развалин представлял собой доменный цех металлургического завода. Социалистический городок завода был объят пламенем. В руинах лежали районная электростанция и подстанция. Всюду громоздились исковерканные конструкции, арматура, камни, битое стекло, дымящиеся головни. С приходом Красной Армии там, где, казалось, было уничтожено все, начала возрождаться жизнь. Жители городов и сел выходили из подвалов, погребов и землянок, возвращались из глубокого тыла страны, нередко следуя непосредственно за насту­павшими советскими частями, и горячо брались за работу. Население освобожденных городов активно участвовало в тушении пожаров, расчистке улиц, ремонте дорог, организации общественного питания, налаживании работы бань и праченых, в восстановлении предприятий и культурно-просветительных учреждений. На станцию Смела вслед за передовыми частями войск вернулись с Урала железно­дорожники и приступили к восстановительным работам. Трудящиеся Кривого Рога приводили в порядок территорию предприятий. Житомирцы 20 января 1944 г. докладывали стране, что электростанция дала первый ток, что начали функционировать хлебозавод, две мельницы, возобновили свою деятельность десять школ, драматический театр, три кинотеатра. Освобожденные города и села Правобережной Украины включались в общую борьбу советского народа за полное изгнание врага из преде­лов Родины, за окончательную победу.




  1. Rjvbccfh

    Несмотря на разгромный счет потерь противника, Корсунь-Шевченковская операция выявила ряд оплошностей советского командования. Неудачные маневры резервами и недооценка ударных возможностей окруженного противника, позволили ему с неимоверным трудом, но вывести свыше 40 тысяч человек из котла.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.