Ольвия и Тира


Археологические исследования на Березани — небольшом острове, расположенном на Черном море, недалеко от нынешнего Очакова,— показали, что греки поселились там еще в VII до н. э. Впоследствии, в связи с возникновением поблизости г. Ольвии, Березанское поселение потеряло свое значение и сократилось до размеров небольшого рыбачьего поселка.

Милетская колония Ольвия была основана в начале VI в. до н. э. Ее развалины находятся около современного с. Парутина, Николаевской области, на нравом берегу Бугского лимана. Уже самое местоположение Ольвии предопределило ее превращение в один из крупнейших городов Северного Причерноморья. Город окружали плодородные области, край был богат рыбой.

Помимо выгодного расположения на месте скрещения водных путей к Черному морю, выбор места для основания города обусловливался и наличием удобных естественных преград — глубоких балок, способствовавших его защите.

Город разделялся на нагорную часть (верхний город) и приречную (нижни город). На склонах были расположены террасы, которые использовались главным образом для сооружения жилых домов.

Заселение территории шло постепенно. Оно началось, вероятно, с участков, прилегающих к Бугу, где находилась гавань и имелись источники с хорошей питьевой водой, BV в. Ольвию, повидимому, посетил Геродот, поместивший в своем труде краткую характеристику города. По его словам, Ольвия была окружена оборонительными стенами и башняки. Остатки городских стен V в. открыты в юго-западной части города. Из зданий Геродот упоминает лишь дворец Скила, вокруг которого стояли беломраморные статуи сфинксов и грифов.

Археологические работы показали, что во второй половине VI в. до я. э. большая часть верхнего города была застроена жилыми домами и мастерскими ремесленников. Сравнительно рано городская территория была разбита на кварталы с пересекающимися под прямым углом улицами. Жилые дома строились из сырцовых кирпичей на невысоких каменных цоколях.

Уже в конце VI в. в центральной части верхнего города была устроена площадь — агора. Агора была расположена на линии прохождения главной городской магистрали. Вблизи от входа на агору в V в. были возведены храм и монументальный алтарь.

Строительные остатки V в. свидетельствуют о высоком уровне строительного искусства ольвиополитов.

Уже в VI в. до н. э. Ольвия стала крупным производственным и торговым центром. В Ольвии быстро развились металлообрабатывающее и керамическое производства. В ольвийских мастерских изготовлялись предметы вооружения, различные художественные предметы из бронзы и золота, в том числе зеркала и бляхи, выполненные в скифском зверином стиле. Эти изделия в VI—V вв. до н. э. распространялись по всей Скифии и доходили до Южного Урала.

В обмен на ольвийские товары из Скифии поступал хлеб. При раскопках Ольвии были открыты многочисленные большие ямы и подвалы, оборудованные под хранилища и служившие складами для зерна и тех товаров, которыми Ольвия торговала со скифами и с греческими городами.

О торговле Ольвии с Милетом говорят находки привозной керамики. В составе ольвийской импортной керамики VI в. до н. э. преобладали изделия Родоса, Самоса, Клазомен, Навкратиса в Египте. Надо думать, что все это попадало в Ольвию через Милет. Из городов материковой Греции в значительном количестве вывозил в Ольвию свои изделия только Коринф. В конце VI в. до н. э. к числу областей, имевших постоянную торговлю с Ольвией, присоединилась Аттика, снабжавшая Ольвию посудой высокого качества: «чернофигурными», а позже «краснофигурнымш художественными вазами и другими видами «чернолаковой» керамики.

В V в. ввоз из Аттики стал преобладающим. Наряду с керамикой в Ольвию ввозились и другие греческие товары. Из них следует прежде всего упомянуть вино и оливковое масло, ввозившееся в амфорах, шерстяные ткани, а также украшения, главным образом металлические.

Таким образом, уже в VI—V вв. до н. э. Ольвия выступает, как крупный производственный и торговый центр в северо-западной части Причерноморья.

Еще более высокого уровня хозяйственного и культурного развития достигла Ольвия в IV в. до н. э.

В этот период вокруг Ольвии возник ряд небольших греко-скифских земледельческих поселений. Эти поселения служили подлинными житницами Ольвии. Запасы зерна, значительная часть которого шла на продажу, сосредоточивались частью в городе, частью в этих поселениях.

Вывоз хлеба, скота, рыбы и рабов из Причерноморских городов, в-том числе и из Ольвии, должен был основываться на правильно организованных торговых сношениях со Средиземноморьем. Ольвийская надпись первой половины IV в. до н. э. сообщает любопытные данные об обращении в Ольвии иноземной монеты. Оказывается, в Ольвии был разрешен ввоз и вывоз всякого чеканного золота и серебра, однако лишь кизикины (золотая монета Кизика-города на южном берегу Мраморного-моря) принимались за монету со строго определенным курсом.

«Монетный закон», как и другие, дошедшие до нас ольвийские декреты, исходил от имени ольвийских совета и народного собрания, являвшихся высшими органами государственной власти. В народном собрании участво­вали все полноправные граждане. Совет же, состоявший из определенного числа членов, избиравшихся из среды народного собрания, представлял деловую его комиссию, рассматривавшую предварительно все дела, подлежавшие затем рассмотрению на народном собрании. Таким образом, государственный строй Ольвии был демократическим в античном пони­мании этого слова. Античная демократия являлась демократией только для свободного населения. Рабы, приобретавшиеся покупкой либо бравшиеся из числа пленных, захваченных при войнах Ольвии с ее соседями, к участию в общественной жизни города-государства не допускались и не имели никаких гражданских прав. Не пользовались гражданскими правами и иностранцы, проживавшие в Ольвии.

Демократический строй Ольвии оставался таким в продолжение всей ее истории.

Иностранцы, упоминаемые в ольвийских документах, были жителями различных греческих городов, приезжавшими в Ольвию и иногда подолгу проживавшими в ней ради торговых интересов. В целях упрочения. экономических связей им предоставлялись различные привилегии и льготы. Со своей стороны, города-государства, имевшие с Ольвией торговые сношения, давали привилегии приезжавшим к ним ольвиополитам. На основании имеющихся документов видно, что наиболее оживленные сношения у Ольвии в IV—III вв. до н. э. были с городами, лежавшими по берегам Черного и Мраморного морей. Найденные при раскопках агоры декреты IV—III вв. до н. э. говорят о торговых связях Ольвии с Херсонесом, Гераклеей, Византием. Но Ольвия вела торговлю также и с островами Эгейского моря, с Афинами и со своей метрополией Милетом. Последнее нашло отражение в одной из надписей Милета IV в. до и. э., в которой говорится о правах, в том числе и торговых привилегиях, взаимно предоставляемых этими городами друг другу. В декрете, найденном при раскопках ольвийской агоры, идет речь о предоставлении прав гражданства и торговых льгот иностранцам — жителям Афин.

В связи с ростом экономического благосостояния и политического значения Ольвии в IV в. до н. э. территория города значительно расширилась. Под жилые кварталы была использована даже часть древнего некрополя (кладбища). В это время были построены новые городские стены и башни. В северной части верхнего города раскопками открыты остатки главных городских ворот, защищенных четырьмя башнями.

В IV в. шла интенсивная застройка агоры: возводился новый храм, перестраивался алтарь. Вблизи этих культовых сооружений обнаружены постаменты, служившие для установки декретов, вырезанных на мраморных плитах. Вдоль восточного края площади был сооружен торговый ряд, от которого сохранились помещения подвального этажа.

Повидимому, вблизи агоры, на склоне к нижнему городу, находился театр, о котором упоминается в одной из ольвийских надписей IV в. до п. э.

В последней четверти IV в. до н. э. Ольвия была осаждена Зопирионом, одним из полководцев Александра Македонского. Эта осада не увенчалась успехом.

Для того чтобы выдержать ее, ольвиополитам пришлось прибегнуть к тем мерам, к каким греки не раз прибегали в аналогичных случаях: были освобождены рабы, даны права гражданства проживавшим в городе иноземцам, аннулированы долговые обязательства.

Осада Зопирионом не подорвала, однако, экономического и политического положения Ольвии. Как показали археологические исследования, начиная с конца IV — начала III в. в Ольвии велись большие строительные работы: была нивелирована большая часть территории верхнего города, отстроены городские стены, башни и богатые жилые кварталы, ре­конструирована агора.

Значительно расширилось местное керамическое производство. Увеличилась торговля хлебом, о чем свидетельствуют крупные зернохранилища, открытые в прилегающих к Ольвии поселениях.

Экономическое благосостояние Ольвии во многом зависело от ее взаимоотно­шений с местными племенами. Происходившие в северочерноморских степях в I—II вв. до н. э. передвиже­ния племен, вызванные наступлением сарматов, не могли не отразиться на положении Ольвии, которая начала слабеть в экономическом и политическом отношениях.

Положение Ольвии в III в. до н. э. ярко иллюстрирует надпись в честь богатого гражданина Ольвии — Протогена. Из надписи следует, что город переживал трудное время, был вынужден откупаться от скифов. В Ольвии ощущалась острая нехватка средств, вследствие чего для строительства оборонительных сооружений государство было вынуждено использовать частные средства. Эта надпись свидетельствует о глубоком социальном и имущественном расслоении среди ольвийского населения.

Чеканившиеся в Ольвии монеты показывают, что во II в. до н. э. город входил в скифское царство, основная территория которого в это время находилась в Крыму.

Несмотря на затруднительное политическое положение Ольвии в III— II вв. до н. э., городская жизнь в ней не замерла. Продолжалась торговля с другими областями античного мира, особенно с восточногреческими центрами. Среди керамических находок в Ольвии этой эпохи есть немало афинской продукции, но преобладает все же импорт из Малой Азии, особенно из Пергама. Значительным количеством образцов представлена Александрия (в Египте). Многочисленные находки амфор с клеймами свидетельствуют о торговых сношениях с Родосом, Фасосом и городами южного Причерноморья — Синопой, Гераклеей и др.

Ольвия продолжала развивать и свою местную промышленность, достигшую в некоторых областях значительной технической высоты. Увеличились масштабы керамического производства. В III в. до н. з. Ольвия вела значительное строительство. Было закончено сооружение городских стен по склонам и вдоль береговой полосы, возводились общественные здания и храмы. Город имел общественные житницы, два рынка, в гавани находились склады для товаров и мастерские для ремонта судов. В связи сосредоточиванием богатства в руках немногих лиц (таких, например, как Протоген), увеличивалась роскошь в частных, домах и усложнялась их планировка. Наряду с простым хозяйственным двором появился перистиль, т. е. двор, окруженг ный колоннами и отличающийся богатым убранством. В верхнем городе Ольвии были открыты остатки богатого дома, в котором главный двор—перистиль— имел мозаичную вымостку из разноцветной речной гальки, воспроизводящей фигуры зверей и орнаментальные узоры. Часто богатые дома имели второй этаж. Большинство жилищ ольвиополитов сохраняло, однако, планировку дома с одним Голова Гигиен. Ольвия (конец III в. дон. э.) двором и продолжало строиться из сырцовых кирпичей. Ремесленные мастерские сосредоточивались на окраинах города; развитая сеть водопроводных каналов, подававших воду по гончарным трубам из каптированных источников, а также сеть каменных водостоков, отводящих дождевую воду в реку, свидетельствуют о хорошо налаженном городском хозяйстве. Об этом говорят и улицы, мощенные плоскими плитами или щебнем, смешанным с глиняными черепками.

После разгрома скифского царства Ольвия, повидимому, вернула себе самостоятельность. Однако скифы продолжали беспокоить ее своими нападениями. Ослабевший город вскоре попал под власть понтийского царя Митридата, в зависимости от которого он оставался вплоть до гибели последнего в 63 г. до н. э.

Ольвия в середине I в. до н. э. испытала большое бедствие — нападение фракийского племени гетов, обитавших к западу от Буга и достигших большой сплоченности и силы в тот период, когда их возглавлял царь Биребиста. Геты напали на город и подвергли его страшному разо­рению. Разрушенный город опустел, и лишь постепенно в нем стала снова восстанавливаться жизнь.

Другой милетской колонией на северо-западном берегу Черного моря являлась Тира — город в устье Днестра, где в настоящее время нахо­дится Белгород-Днестровский.

В средние века на месте античного города была построена крепость, остатки которой покрывают слои древней Тиры.

Сведений о Тире в исторических источниках очень мало. О городе упоминают древние авторы некоторых географических обзоров, без какой-либо характеристики политической и экономической роли города. Надписей официального характера, относящихся к Тире, также не сохранилось.

Время основания Тиры до сих пор не установлено. Однако при раскопках обнаружены остатки ионийской керамики VI в. до н. э., что позволяет отнести возникновение города к этому времени.

Одним из основных источников исторических сведений о Тире являются ее монеты.

Чеканка собственной монеты города свидетельствует о существовании Тиры в качестве самостоятельного города-государства в течение IV—I вв. до н. э. Выпуск наиболее древних монет Тиры — серебряных драхм — начался около середины IV в. до н. э.

Изображение на монетах колоса пшеницы, виноградной грозди, рыбы свидетельствует о том, что земледелие, торговля, а также виноградарство и рыболовство играли большую роль в хозяйственной жизни Тиры.

Раскопки Тиры только в самые последние годы приобретают характер систематических исследований,— ранее Тира исследовалась крайне недостаточно. Но уже и то, что дали эти исследования, значительно расширило сведения об истории и экономике города. Раскопки близ крепости обнаружили античные строительные остатки, здесь найдены обломки металлических изделий и многочисленные остатки керамики, как привозной, так и местного производства. Находки художественной аттической керамики свидетельствуют об оживленной торговле Тиры в V—IV вв. до н. э.

Обнаруженные в раскопках и найденные на городище и в его окрест­ностях клейменые ручки амфор, хранящиеся в музее Белгорода-Днестровского, свидетельствуют о поступлении в Тиру вина и оливкового масла из разных греческих городов.

Тира была сравнительно небольшим городом и по своему экономическому значению уступала более крупным соседним городам — Ольпии и Истрии. Есть основание считать, что Тира играла роль транзитного центра в торговле между западными Понтийскими городами и Ольвией.

Около середины I в. до н. э. Тира была подчинена Митридату, о чем можно судить на основании изменения чеканки ее монет, которые в это время начали выпускаться по образцам паптикапейских монет митридатовского времени.

Как и многие другие города западного побережья Понта, Тира, вероятно, была разгромлена гетами. Вскоре после катастрофических событий, связанных с гетским нашествием, Тира была вынуждена признать власть римского государства.



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.