Изобразительное искусство и архитектура в СССР


План «монументальной пропаганды», принятый по предложению В. И. Ленина, явился самым ярким выражением общих принципов нового искусства. Главную цель «монументальной пропаганды» В. И. Ленин видел в том, что­бы поставить искусство на службу революции, воспитать народ в духе нового, коммунистического миропонимания.

Вместе с упразднением некоторых памятников, «про­славлявших царизм», предписывалось мобилизовать художественные силы и организовать конкурс по выработке проектов монументов в честь Октябрьской социалистической революции.

Начиная с осени 1918 г., на улицах Петрограда, Москвы и других городов появились первые произведения «монументальной пропаганды»: памятники Радищеву, Степану Разину, Робеспьеру, Каляеву, Т. Шевченко и др.

Над осуществлением плана работали многие скульпторы, представлявшие различные творческие течения, — Н. Андреев, С. Коненков, А. Матвеев, В. Мухина, С. Мер-куров, В. Синайский, архитекторы Л. Руднев, И. Фомин, Д. Осипов, В. Маят. Идеи ленинского плана оказали влияние и на более широкую область монументально-декоративного искусства — праздничное оформление го­родов, массовых шествий и т. д. В оформлении улиц Мо­сквы и Петрограда в дни первой годовщины Октябрьской революции участвовали видные художники, в том числе К. Петров-Водкин, Б. Кустодиев, С. Герасимов.

Характерной чертой изобразительного искусства эпохи революции и гражданской войны была агитационная направленность, определявшая значение и место отдельных его видов. Наряду с памятниками и мемориальными досками рупором революционных идей и лозунгов стал плакат, говоривший языком аллегории (А. Апсит), политической сатиры (В. Дени) и достигший тогда наибольшей высоты в классических работах Д. Моора («Ты записался добровольцем?», «Помоги»).

Непревзойденными в своем роде были также «Окна РОСТА» В. Маяковского и М. Черемных. «Телеграфный» язык этих плакатов, сознательно упрощенный, отличался остротой и лаконизмом.

К искусству плаката тесно примыкала политическая графика, которую широко популяризировали журналы «Пламя», «Красноармеец» и другие периодические издания. Революционная тематика проникала и в станковую графику (рисунки Б. Кустодиева), особенно в гравюру на дереве и линолеуме. «Войска» В. Фалилеева, «Броневик» и «Крейсер Аврора» Н. Купреянова — типичные произведения графики этого времени. Для них характерны напряженные контрасты черно-белой манеры, повышение роли силуэта.

Эпоха революции получила отражение и в книжной иллюстрации (рисунки Ю. Анненкова к «Двенадцати» А. Блока, обложки и книжные знаки С. Чехонина), но этот род искусства был в большей мере связан с новыми изданиями классической литературы, прежде всего «Народной библиотеки» (работы Б. Кардовского, Е. Лансере и др.).

В портретной графике особую ценность имели сделанные с натуры зарисовки В. И. Ленина (Н. Альтман, Н. Андреев). Плеяда крупных мастеров (А. Бенуа, М. Добужинский, А. Остроумова-Лебедева) развивала пейзажную графику.

Станковая живопись первых послереволюционных лет больше, чем какой-либо другой вид искусства, испытала на себе давление «левого фронта». Полотна «Новая планета» К. Юона, «Большевик» Б. Кустодиева и т. д. свидетельствовали о стремлении их авторов раскрыть исторический смысл происходящего. Свойственная всему советскому искусству раннего периода аллегория проникала даже в пейзажную живопись, породив такой своеобразный отклик на современные события, как, например, картина А. Рылова «В голубом просторе».

Среди прочих искусств в особом положении находилась архитектура, возможности которой в этот период не выходили за рамки проектирования новых задач.

20-е годы

В 20-х гг. среди советских художников существовало много различных группировок: Ассоциация художников революционной России, Общество станковистов, Об­щество московских художников, Общество русских скульпторов и др.

Несмотря на то что советское искусство тогда носило переходный характер, в нем постепенно вырабатывался общий стиль. В живописи определяющее значение приобретают классические традиции, и главным образом традиции русской реалистической школы. Художники все чаще обращаются к современности. Вместе с мастерами старшего поколения выступают и молодые живописцы. Для этого времени характерны работы С. Малютина, А. Архипова, Г. Ряжского в портретном жанре, Б. Иогансона — в бытовом, М. Грекова, И. Бродского, А. Герасимова — в истори­ко-революционном, А. Рылова, Н. Крымова, Б. Яковлева — в пейзажном и т. д. Изменяют свое отношение к окру­жающему, к задачам искусства художники, группировав­шиеся до революции вокруг журнала «Мир искусства», бывшие сезаннисты. П. Кончаловский, И. Машков, А. Куприн переживают расцвет своего дарования; реальным, жизненным содержанием наполняется еще недавно стилизаторское творчество К. Петрова-Водкина; новый подход к проблемам образной выразительности сказывается в произведениях М. Сарьяна, С. Герасимова и др. Особенно ярко проявились новаторские тенденции советской живописи в картине «Оборона Петрограда» А. Дейнеки (1928 г.).

В графике видное место заняла политическая карикатура (Б. Ефимов, Л. Бродаты и др.). Одновременно растет значение книжной иллюстрации, в особенности книжной гравюры на дереве (А. Кравченко, П. Павлинов и др.). Ее крупнейший мастер В. Фаворский положил начало целому творческому течению. Успешным было развитие также станкового рисунка, выполненного углем, ка­рандашом, литографией или черной акварелью (Н. Купреянов, Н. Ульянов, Г. Верейский, М. Родионов).

Скульптура 20-х гг. продолжала следовать идеям ленинского плана «монументальной пропаганды». Круг ее задач заметно расширился, больших успехов достигла портретная скульптура (А. Голубкина, В. Домогацкий, С. Лебедева).

Однако основные усилия скульпторов попрежнему на­правляются на создание памятников. В отличие от пер­вых гипсовых памятников, носивших временный характер, новые монументы сооружаются из бронзы и гранита. К ним относятся памятники В. И. Ленину у Финляндского вокзала в Ленинграде (В. Щуко, В. Гельфрейх, С. Есеев), на плотине Земо-Авчальской гидроэлектростанции в Закавказье (И. Шадр) и в Петрозаводске (М. Манизер).

Образы обобщающего значения создали А. Матвеев («Октябрьская революция»), И. Шадр («Булыжник — оружие пролетариата»), В. Мухина («Ветер», «Крестьянка»), уже в то время определявшие своим творчеством лицо советской скульптуры.

После окончания гражданской войны возникли условия, благоприятные для развития архитектуры. Ее первоочередной, самой насущной задачей было жилищное строительство (комплексы жилых домов на Усачевой улице в Москве, на Тракторной улице в Ленинграде и т. д.). Но очень скоро архитекторы поставили в центр своего внимания градостроительные проблемы, сооружение обществен­ных ансамблей, промышленное строительство. А. Щусев и И. Жолтовский разрабатывают первый план реконструк­ции Москвы. Под их руководством осуществляется пла­нировка и строительство Всероссийской сельскохозяйственной выставки 1923 г. А. Щусев создает мавзолей В. И. Ленина. До конца 20-х гг. по планам советских архитек­торов был построен ряд зданий различного назначения (дом «Известий» Г. Бархина; Госбанк СССР И. Жолтовского; Центральный телеграф И. Рерберга), промышленных комплексов (Волховская гидроэлектростанция О. Мун-ца, Н. Гундобина и В. Покровского; Днепровская гидро­электростанция В. Веснина) и т. д.

Одной из важных сторон творческой деятельности советских архитекторов было стремление выработать новые формы архитектуры, соответствующие новым задачам, современным материалам и строительной технике.

30-е годы

Успехи советской живописи этих лет особенно полно представляет новый этап творчества М. Нестерова, в работах которого (портреты академика И. Павлова, братьев Кориных, В. Мухиной, хирурга С. Юдина) глубина и рельефность изображения человеческих характеров соединяется с широкой общей темой творческого труда советских людей. Высокий уровень портретной живописи поддерживают П. Корин (портреты А. Горького, М. Нестерова), И. Грабарь (портрет сына, портрет С. Чаплыгина), П. Кончаловский (портрет В. Мейерхольда, портрет студента-негра), Н. Ульянов и др. Тема гражданской войны воплотилась в картине С. Герасимова «Клятва си­бирских партизан». На исторические сюжеты написаны также «Старые хозяева» и «Утро офицера царской армии» Кукрыниксов (М. Куприянов, П. Крылов, Н. Соколов). Выдающимся мастером картин на современную тему становится А. Дейнека («Мать», «Будущие летчики» ит. д.). Важный шаг по пути развития бытового жанра делают Ю. Пименов («Новая Москва») и А. Пластов («Колхозное стадо»).

Развитие графики в этот период связано прежде все­го с книжной иллюстрацией. В этой области с успехом работают и мастера старшего поколения — С. Герасимов («Дело Артамоновых» М. Горького), К. Рудаков (иллюстрации к произведениям Г. Мопассана), и молодые художники — Д. Шмаринов («Преступление и наказание» Ф. Достоевского, «Петр I» А. Толстого), Е. Кибрик («Кола Брюньон» Р. Роллана, «Легенда об Уленшпигеле» Шарля де Костера), Кукрыниксы («Жизнь Клима Самгина» М. Горького и другие), А. Каневский (произведения Салтыкова-Щедрина). Заметное развитие получила иллюстрация советской детской книги (В. Лебедев, В. Конашевич, А. Пахомов). Принципиально важное из­менение по сравнению с предшествующим периодом со­стояло в том, что советские мастера иллюстрации переключились (хотя и несколько односторонне) с декора­тивного оформления книги на раскрытие идейного и художественного содержания литературных образов, на разработку человеческих характеров и драматургии действия, выраженной в веренице следующих друг за другом изображений.

В книжной иллюстрации наряду с реалистическим ри­сунком, акварелью, литографией сохраняет свое значение и гравюра, представленная произведениями признанных мастеров, как В. Фаворский («Vita Nuova» Данте, «Гамлет» Шекспира), М. Пиков, А. Гончаров.

В области станковой графики на первый план в это время выдвигается портретный жанр (Г. Верейский, М. Родионов, А. Фонвизин).

Серьезным препятствием на пути развития советского искусства в эти годы является ремесленничество, тенденции ложной монументальности, парадности, связанные с культом личности Сталина.

В искусстве архитектуры наиболее важные задачи ре­шались в связи с проблемами градостроительства и сооружением жилых, административных, театральных и других зданий, а также крупных промышленных объектов (таких, например, как автозавод в Москве, мясокомбинат в Ленин­граде, теплоцентраль автозавода в Горьком и т. д.). Среди архитектурных произведений особенно характерны для этих лет дом Совета Министров в Москве (А. Ленгман), гостиница «Москва» (А. Щусев, Л. Савельев, О. Стапран), Театр Советской Армии в Москве (К. Алабян, В. Симбирцев), санаторий имени Орджоникидзе в Кисловодске (М.Гинзбург), речной вокзал в Химках (А. Рухлядьев) и др. Основной эстетической тенденцией в ходе этих работ стало тяготение к традиционным формам классической ордерной архитектуры. Некритическое использование таких форм, ме­ханическое перенесение их в современность нередко при­водило к ненужной внешней пышности и неоправданным излишествам.

Новые важные черты приобретает искусство скульптуры. Усиление связей монументально-декоративной скульптуры с архитектурой становится характерной особенностью этого периода. Скульптурное произведение — группа «Рабочий и колхозница» — Мухиной возникло на основе архитектурного проекта павильона СССР на Международной выставке 1937 г. в Париже. Синтез скульптуры с архитектурой проявился и в оформлении Московского метрополитена, канала имени Москвы, Все­союзной сельскохозяйственной выставки, павильона СССР на Международной выставке в Нью-Йорке.

Из произведений монументальной скульптуры этих лет наибольшее значение имели памятники Тарасу Шевченко в Харькове (М. Манизер) и Кирову в Ленинграде (Н. Томский).

Дальнейшее развитие получает скульптурный портрет (В. Мухина, С. Лебедева, Г. Кепинов, 3. Виленский и другие). Многие скульпторы успешно работают над типическим обобщением образов современников («Металлург» Г. Мотовилова, «Молодой рабочий» В. Синайского).




  1. bufovulgaris92

    Лично я считаю 20-е годы самыми успешными в развитии искусства, не даром же даже при съёмках фильма «Дивергент» художник, рисовавший татуировки, вдохновлялся абстрактным советским конструктивизмом именно 20-х годов. Только вот как по мне — культ Ленина, его изображения вообще везде препятствовали развитию искусства не меньше культа Сталина.

  2. Елена

    Культура 20-30-х десятилетий шикарна во всех своих проявлениях. Да, культ везде и во всем. Но ведь могли же восхищать весь мир хотя бы той же мухинской скульптурой. А если брать литературу, особенно запрещенную (Булгаков, к примеру), так это вообще энциклопедия жизни советского человека. Читая «Мастера и Маргариту», многие учебники можно просто игнорировать. То же и с Зощенко.

  3. Вероника

    Как бы ни было, культ, засилье властью, но была идеология, не было пошлости и откровенного разврата. В культуре должна быть цензура, иначе ее смысл — нести вечное и прекрасное — теряется. Сегодня приятно почитать и произведения литераторов 20-30-х годов, и посмотреть на картины известных Кукрыниксов. Творили люди ми в условиях жесточайшей цензуры.

  4. Глафира

    Цензура, восхваление власти, заказные работы и т.д. Но как ни крути и в таких условиях умели творить мастера всех направлений, начиная от литературы и заканчивая архитектурой. Мощь человеческого разума прослеживалась во всем, даже в открыто коммунистических работах.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.