Гибель российского посла А.С. Грибоедова


В октябре 1828 г. в самый разгар русско-турецкой войны император Николай I через своего канцлера и министра иностранных дел графа Карла Нессельроде предписал российскому послу в Иране А. Грибоедову взыскать с Ирана очередной взнос в счет контрибуции, отклонив совет Грибоедова вести в Иране более гибкую политику. Грибоедов, видя бедственное положение Ирана, пытался уговорить российское правительство принять вместо денег хлопок, шелк, скот, драгоценности, но канцлер российского императора приказал точно выполнить условия Туркманчайского договора и дал ему царские инструкции, которые предписывали жесткую позицию в вопросах о сроках выплаты контрибуции и при осуществлении покровительства бывшим пленникам, желавшим вернуться на родину. В условиях войны России с Турцией такая инструкция ставила Грибоедова в затруднительное положение.

Иранский шах Фатх-Али надеялся, что Россия надолго увязнет в войне с Турцией. Правительство Ирана нарушало сроки выплаты контрибуции и препятствовало выдаче пленных. В стране были введены новые налоги, которые обосновывались необходимостью выплате долгов России. В мечетях и на базарах иранской столицы проходили многочисленные митинги, на которых звучали антироссийские выступления. Жертвой таких настроений в иранском обществе стал российский посол Александр Грибоедов, который в начале 1829 г. выехал из Тебриза (где находилась его миссия) в Тегеран для урегулирования спорных вопросов с шахом Ирана. Здесь против него была развязана ожесточенная кампания. Особенную активность проявляли приверженцы Аллаяр-хана, опального шахского министра. Гри­боедова изображали виновником введения новых налогов, предназначенных для уплаты контрибуции, обвиняли в укрывательстве у себя армян.

Грибоедов действительно предоставил в здании российской миссии в Тегеране убежище троим армянам, обратившимся к нему, согласно с 13 статьей Туркманчайского трактата, с просьбой об отправке их в Северную часть Армении, находящуюся на территории России. Среди этих армян был евнух Мирза-Якуб, служивший ранее главным хранителем шахских бриллиантов и знавший все тайны шахской казны.

11 февраля 1829 г., когда Грибоедов, получив у шаха Фатх-Али прощальную аудиенцию, уже собирался уезжать из Тегерана, возле большой тегеранской мечети собралась многочисленная толпа. Главный муджтехид(представитель высшего духовенства) обратился к толпе с призывом начать священную войну против «неверных». Разъяренная толпа бросилась к зданию российской миссии, жестоко расправилась с А.С. Грибоедовым (разрубив его на части) и его сотрудниками. Спастись удалось только секретарю миссии. И это все случилось при полном попустительстве шахских властей.

Сообщая об этом трагическом событии в Петербург, генерал И.Паскевич отмечал, что «англичане не вовсе были чужды участия в возмущении». Но Николай I предпочел признать официальную иранскую версию о том, что «происшествие должно приписать опрометчивым порывам усердия покойного Грибоедова». Не желая осложнять отношений с Ираном в напряженный момент русско-турецкой войны, когда на присоединенных к России территориях Закавказья вспыхнули народные восстания, российское правительство удовлетворилось официальным извинением шаха. Царь милостиво принял от присланного шахом-Фатх-Али посланника шахской крови Хозрева-Мирзы в подарок ценный бриллиант Надир-Шах, удовлетворившись формальными извинениями иранского принца и его высказываниями недовольства в адрес покойного Грибоедова. Николай I отсрочил Ирану на несколько лет очередной взнос выплаты контрибуции.

В Иране продолжилась борьба за влияние между Россией и Великобританией, которая вылилась в Гератский конфликт 1837г.



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.