Работа редакционных комиссий над Положением 1861 г


Классовая борьба, разгоревшаяся вокруг реформы, заставила правительство изменить свою пер­воначальную программу. Под влиянием нарастающего крестьянского движения значительные слои помещиков стали думать о необходимости «развязаться с крестьянами» посредством выкупной операции. С точки зрения этого нового плана многие проекты губернских комитетов, составленные по старой программе, требовали значительной переработки. Правительство решило взять инициативу в собственные руки и образовало особое вспомогательное учреждение при Главном комитете — редакционные комиссии, создаваемые с целью свести воедино отредактировать заново материалы губернских комитетов В марте 1859 г. редакционные комиссии, составленные из представителей разных ведомств и приглашённых экспертов из среды помещиков, приступили к работе под фактическим руководством Н. А. Милютина.

Как учреждение государственное комиссии старались руководствоваться в своей работе преимущественно мотивами установленного «государственного» порядка, т. е. интересами помещичьего класса и самодержавной власти в целом. Но члены редакционных комиссий — как чиновники, так и приглашённые правительством «члены-эксперты» — были всё же помещиками, представлявшими интересы различных помещичьих групп; поэтому внутри редакционных комиссий продолжалась та же борьба, которая шла раньше в губернских комитетах.

В результате продолжительных прении были отвергнуты проекты безземельного освобождения крестьян, хотя сторонники освобождения без земли были и среди членов комиссий. Земельный надел должен был служить обеспечением не только «быта» крестьян, но и исправного отбывания ими государственных повинностей. Кроме того, наделение крестьян землёй должно было предотвратить образование «класса свободных, но бездомных и безземельных работников», т. е. пролетариата, наличие которого могло бы грозить опасностью для «государственного спокойствия». Сочувственно отнеслись комиссии и к вопросу о выкупе крестьянского надела в собственность, правда, при непременном условии согласия помещиков.

«Государственными» соображениями самодержавия редакционные комиссии руководствовались и при решении вопроса о размерах наделов и крестьянских повинностей. Редакционные комиссии приняли значительно более высокие нормы наделов, чем это предполагалось многими губернскими комитетами. Размеры повинностей были установлены, наоборот, меньшие, чем предполагали губернские комитеты. Помимо мотивов «общественного спокойствия» редакционные комиссии в этом вопросе исходили из того соображения, что крестьяне, чрезмерно обделённые землёю и непосильно обложенные повинностями в пользу помещиков, будут плохими плательщиками государственных налогов.

Те же соображения руководили редакционными комиссиями и в вопросе об административном устройстве крестьян. Было решено не сохранять вотчинной власти, а создать особое крестьянское управление, подчинённое общим административно-полицейским органам. Комиссии мотивировали своё решение тем, что уничтожение вотчинной власти, «кроме непосредственного влияния на будущее благосостояние освобождаемых крестьян», «имеет первостепенную важность и в видах сохранения общего порядка и спокойствия».

В августе 1859 г. первоначальный проект «Положений о крестьянах» был закончен, но затем он подвергся изменению в связи с замечаниями депутатов от губернских комитетов, вызванных в Петербург для ознакомления с трудами редакционных комиссий. Депутатам было предложено представить письменные отзывы на проект редакционных комиссий, притом по каждой губернии отдельно; кроме того, председателю редакционных комиссий Ростовцеву было предоставлено право приглашать их «по своему усмотрению и по мере надобности» на заседания комиссий «для словесных объяснений». Такая постановка дела породила острое недовольство среди вызванных депутатов.

Первая группа депутатов от 21 губернии, уже закончивших составление проектов, не ограничилась резкими нападками на редакционные комиссии, а обратилась к Александру II с адресами, в которых выражала свои пожелания относительно дальнейшего хода крестьянского дела. 18 депутатов заявили, что предложения редакционных комиссий «не соответствуют общим потребностям», и просили разрешить им представить свои соображения относительно окончательных трудов комиссий до поступления их в Главныи комитет. Член Симбирского комитета Д. Н. Шидловский ходатайствовал о созыве под председательством царя «нарочито избранных уполномоченных от дворянства» для окончательного решения крестьянского вопроса. Пять либеральных депутатов во главе с А. М. Унковским указывали, что для окончательного завершения крестьянского дела необходимо провести ряд реформ в области печати, суда и ад­министрации. Адреса депутатов раздражили Александра II: «адрес пяти» Александр признал «ни с чем не сообразным и дерзким до крайности»; депутатам, подписавшим «адрес восемна­дцати», было «разъяснено», что они не должны были «утруждать его императорское величество» и что члены не имели права подавать подобную просьбу за «общим всех подписом». На адресе же Шидловского Александр II написал: «Вот какие мысли бродят в головах этих господ».

В феврале 1860 г. в Петербург были вызваны депутаты от остальных 24 губернских комитетов, которые также представили свои отзывы на проект редакционных комиссий. В это время после смерти Ростовцева председателем редакционных комиссий был назначен известный своим реакционным направлением крепостник министр юстиции граф В. Н. Панин. Домогательства крайних реакционеров нашли поддержку в лице нового председателя комиссий — при окончательном пересмотре проекта нормы земельных наделов для многих уездов были понижены, во многих губерниях повышены нормы крестьянских повинностей, причём было установлено, что размер оброка может быть пересмотрен через 20 лет (разумеется, в сторону повышения).

Реформа в Главном комитете и Государственном совете.

В октябре 1860 г. редакционные комиссии закончили свою работу, и проект поступил в Главный комитет по крестьянскому делу, где в него были внесены ещё некоторые изменения в интересах крепостников; нормы крестьянских наделов для многих местностей были ещё более понижены.

28 января 1861 г. началось рассмотрение проекта в Государственном совете, куда он поступил из Главного комитета для окончательного обсуждения. «Я надеюсь, господа,— сказал на этом заседании Александр II,— что при рассмотрении проектов, представленных в Государственный совет, вы убедитесь, что всё, что можно было сделать для ограждения выгод помещиков, сделано». Государственный совет, однако, нашёл, что можно ещё кое-что сделать в этом направлении. По предложению князя П. Гагарина в проект было внесено ещё одно дополнение в интересах крепостников: в тех случаях, когда крестьяне соглашались получить одну четверть нормального надела, он предоставлялся им в собственность немедленно и бесплатно; приманкой «даровщины» крестьяне побуждались брать ничтожные наделы, заслужившие впоследствии название «нищенских», «сиротских» или «кошачьих»




  1. Иван Михеев

    Поначалу, собравшиеся в редакционных комиссиях чиновники и помещики, как эксперты попытались как обычно «замотать» проблему и через десяток лет бесплодных дискуссий, спустить ее на тормозах. Только жесткое административное давление заставило бюрократов взяться за дело всерьез и довести его до конца.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.