Действия крымской армии


Выйдя из Севастополя, Меншиков фланговым маршем, соприкасаясь с передвигающимся противником, направился к северо-востоку и занял позиции на реке Бельбеке.

В октябре 1854 г. русское командование предприняло атаку союзнических позиций под Балаклавой. Линия турецких редутов была захвачена, английской кавалерии был нанесён сокрушительный удар, но дальнейшее наступление было приостановлено и не имело решительного исхода.

Получив подкрепление, Меншиков начал готовиться к гене­ральному сражению. Была занята выгодная позиция на Инкерманских высотах, и 24 октября (5 ноября) началось наступление тремя самостоятельными отрядами. В бою участвовало 35 тыс. русских и 16 тыс. союзников; несмотря на численное превосходство и замечательную храбрость русских солдат, крымская армия потерпела неудачу. Сражение было подготовлено плохо; руководство войсками было поручено бездарным генералам; союзники имели большое преимущество благодаря дальнобойному оружию и манёвренности движений. Крымская армия потеряла более 10тыс. человек, союзники — значительно меньше.

После понесённого поражения Меншиков впал в состояние полной пассивности Армия была подавлена неудачами. Меншиков не пользовался никакой любовью и уважением со стороны солдат. Севастополь был предоставлен собственной участи. К союзникам прибывали новые подкрепления. В январе 1855 г. в войну вступило Сардинское королевство: союзом с Англией и Францией оно рассчитывало облегчить задачу воссоединения Италии. На Крымском полуострове было высажено 15 тыс. итальянцев, французская гвардия, турецкие дивизии с Дуная. К концу января 1855 г. силы союзников составляли 120 тыс., силы Меншикова — 100 тыс. человек. Из Петербурга требовали наступления. Меншиков в начале февраля поручил 19-тысячному отряду двинуться на Евпаторию. В случае успеха союзники должны были лишиться своей основной коммуникационной базы. Однако и на этот раз сказались коренные недостатки царской армии: предварительной разведки и тщательной технической подготовки штурма проведено не было. Атакующие встретили убийственный огонь со стороны союзников и должны были отступить. После этого поражения Николай I отставил Меншикова «по болезни», и командование крымской армией перешло к другому столь же нерешительному и бездарному генералу — М. Д. Горчакову.

Героическая оборона Севастополя. Пока крымская армия теряла время в бездействии, гарнизон Севастополя героически оборонялся от наступающего противника. 5 (17) октября 1854 г. началась первая бомбардировка Севастополя. Союзники обстреливали крепость с суши и с моря. Многие севастопольские форты были разрушены, артиллерийские орудия подбиты, 1 250 человек выбыли из строя убитыми и ранеными. В числе погибших был адмирал Корнилов.

6—7 (18—19) октября бомбардировка продолжалась, но с меньшей силой. Севастопольцы устояли, нанеся огромный урон союзническим укреплениям и эскадре. Бастионы и редуты были быстро восстановлены. Начались боевые будни продолжительной, истощающей осады.

Оборона крепости протекала в исключительно трудных усло­виях. Гарнизона едва хватало для непрерывного возведения и защиты укреплений. Снарядов и пороха было мало, приходилось искусственно ослаблять орудийную и ружейную стрельбу Подвоз продовольствия, фуража и военных припасов сильно затруднялся плохим состоянием дорог. Все пути от Симферополя к побережью превратились в болото, покрытое обломками повозок, трупами утонувших лошадей и волов, местами — брошенной кладью. Солдатская одежда быстро изнашивалась, новой для замены не было. Раненые умирали из-за недостатка врачей и перевязочных средств. В штабах царили беспорядок и интриги Чиновничий аппарат, обслуживавший Севастополь, на­живался на взятках и воровстве государственного имущества.

Несмотря на тяжёлые условия, гарнизон не терял бодрости и энергии С каждым днём крепость становилась сильнее, возводились новые люнеты, блиндажи и ложементы. Попытки неприятеля подготовить штурм Севастополя при помощи подземных взрывов были сорваны искусством русских минёров. В ожидании штурма улицы города были покрыты баррикадами, многие дома были превращены в укрепления. Войска жили в землянках, солдаты уже не обращали внимания на непрекращающийся обстрел города. Время от времени производились смелые вылазки и захватывались союзнические редуты. Из солдат добровольно вызывались «охотники», которые ходили в опасные разведки; пользуясь выдвинутой системой ложементов, они поражали противника меткой стрельбой и предпринимали рискованные ночные атаки. Немало образцов боевой доблести проявили за эти месяцы защитники Севастополя. Имена матроса Кошки, выделявшегося изумительной храбростью, и Дарьи Севастопольской, которая под страшным огнём помогала раненым, стали легендарными в истории обороны Севастополя. Гарнизон крепости вдохновлялся патриотическим стремлением отстоять родную землю от натиска неприятеля. Писатель Лев Толстой в чине офицера сражался на севастопольских бастионах; с большой художественной силой он изобразил героические дни обороны в своих замечательных «Севастопольских рассказах».

Союзники, несмотря на тщательную подготовку экспедиции и крупные материальные ресурсы, начали испытывать большие затруднения. Захватить Севастополь оказалось вовсе но лёгким делом. В Париже и Лондоне были недовольны затянувшейся осадой; союзнических главнокомандующих обвиняли в нерешительности и бездарности. Луи-Наполеон требовал усиления осадных работ и собирался лично приехать на Крымский полуостров.

Начиная с февраля 1855 г. осаждающие, получив большие подкрепления и выдвинув новые орудия, сосредоточили основной огонь на Малаховом кургане — командующей высоте среди южных укреплений; завладев Малаховым курганом, союзники смогли бы обстреливать «на выбор» любой пункт открывающейся перед ними крепости. Не раз предпринимались усиленные бомбардировки, а 6 (18) июня был предпринят общий штурм Севастополя. Благодаря героическому поведению гарнизона и смелой инициативе лучших генералов, в том числе С. А. Хрулева, союзники были отбиты с огромными потерями. Тем не менее положение крепости становилось всё тяжелее. Ряды её защитников редели: в марте погиб Истомин, в июне получил смертельную рану Нахимов, главный организатор обороны после Корнилова. Каждый день уносил множество жертв. Попытки Горчакова атаковать неприятельские позиции на Чёрной речке кончились неудачей. 24 августа (5 сентября) началась последняя, самая страшная бомбардировка Севастополя: союзники громили крепость из 700 орудий. Через три дня был предпринят новый, тщательно и секретно подготовленный штурм. Французские колонны неожиданно хлынули на Малахов курган и, несмотря на ожесточённый отпор, овладели его укреплениями. На остальных участках союзнические атаки были отбиты. Однако с потерей Малахова кургана защищать Севастополь было безнадёжно. По заранее построенному мосту гарни­зон перешёл на северную сторону, оставив крепость. Здания были зажжены, пороховые погреба взорваны. На следующий день французы вошли в оставленный Севастополь, но, найдя в нём одни развалины, вернулись обратно в свой лагерь.

Героическая оборона Севастополя истощила силы союзников и помешала им осуществить свою захватническую программу. Правда, англичанам и французам удалось занять Керчь, Ени-кале, Анапу и Кинбурн, уничтожить военные и продовольственные запасы на Азовском побережье и сжечь несколько не­больших городов. Однако укрепиться на берегах Чёрного моря и развить наступление в сторону Перекопа союзническая армия оказалась не в состоянии. Именно в этом заключается крупное военно-политическое значение обороны Севастополя.

Так же неудачны были попытки союзников захватить крепость Свеаборг на Финском побережье.

Действия на Кавказском фронте. Одновременно с событиями на Дунае и на Крымском полуострове происходили военные действия на Кавказе. Турция и Англия старались использовать в своих интересах отряды горцев, собранные Шамилем под реакционным лозунгом мюридизма. Однако наступление Шамиля на Грузию было быстро приостановлено русскими войсками. Военная оборона на Кавказском фронте тоже шла успешно — русские войска одержали здесь значительные победы. Успешным действиям Кавказской армии очень помогало активное содействие грузинского, армянского и азербайджанского народов, стремившихся отстоять свои территории от натиска турок.

В начале 1855 г. главнокомандующим Кавказским фронтом был назначен Н. Н. Муравьёв, которому удалось взять Ардаган и начать наступление на Каре. Крепость была почти неприступна вследствие природных условий; её оборонительные сооружения были возведены английскими инструкторами. Муравьёв обложил Каре, прервал связь крепости с внешним миром и 17 (29) сентября 1855 г., уже после падения Севастополя, попытался захватить крепость штурмом. Русское наступление было отбито, и Муравьёв усилил блокаду крепости. Освободившиеся под Севастополем турецкие войска, пополненные новыми отрядами и руководимые Омер-пашой, высадились на Черноморском побережье и осенью 1855 г. вторглись в Мегрелию. Против Омер-паши действовали не только русские войска, но также отряды грузинской милиции, энергично поддерживаемые местным населением. 16 (28) ноября истощённый осадой гарнизон Карса сдался на милость Муравьёва. Перед русскими войсками открылась дорога на Эрзерум и дальше — в Малую Азию. Узнав о падении Карса, Омер-паша отошёл к побережью и отказался от дальнейшего наступления. Победы на азиатском фронте до некоторой степени смягчили впечатление от поражения России на Дунае и на Крымском полуострове, а главное, сыграли значительную роль при заключении мирного договора.



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.