Воронежско-ворошиловградская операция 1942 года (28 июня—24 июля)


На завершающем этапе осенне-зимней кампании воюющие стороны приступили к выработке стратегических планов весенне-летней кампании 1942 г. Стратегический замысел Ставки ВГК сводился к тому, чтобы в мае провести крупную наступательную операцию на юго-западном направлении силами Брянского. Юго-Западного и Южного фронтов. На остальных направлениях перейти к стратегической обороне и одновременно осуществить ряд частных наступательных операции с ограниченными целями. В дальнейшем развернуть наступление по всему фронту от Балтики до Чёрного моря.

Гитлеровское командование главную задачу видело в том, чтобы «уничтожить оставшиеся ещё в распоряжении Советов силы и лишить их важнейших военно-экономических центров». Стратегическая цель вермахта на предстоящую кампанию сводилась к следующему: сохраняя положение на центральном участке, на севере взять Ленинград и установить связь на суше с финнами, а на южном фланге фронта осуществить прорыв на Кавказ. Но реальные события развернулись несколько иначе, чем планировались.

В мае 1942 г. на советско-германском фронте начались боевые действия за овладение стратегической инициативой. Они велись в течение почти двух месяцев и закончились крупными поражениями Красной армии в Крыму и под Харьковом. Этот успех вермахта позволил гитлеровскому командованию надеяться на «к лёгкую и быструю победу в новом крупном наступлении на юге России. Его проведение было возложено на группу армий «Юг» (генерал-фельдмаршал Ф. Бок), которая имела в своём составе 900 тысяч человек, более 17 тысяч орудий и миномётов, 1,2 тысячи танков и 1640 боевых самолётов.

Противостоявшие этой группировке советские войска Брянского (генерал-лейтенант Ф.И. Голиков), Юго-Западного (Маршал Советского Союза С.К. Тимошенко) и Южного (генерал-лейтенант РЯ. Малиновский) фронтов имели в обшей СЛОЖНОСТИ 655 тысяч человек. 14,2 тысячи орудий и миномётов, 740 танков и до 1 тысячи боевых самолётов. Таким образом, соотношение сил было в пользу противника: по личному составу — в 1.3; орудиям и миномётам — в 1,2; танкам — в 1.4 и боевым самолётам — в 1,5 раза. Положение советской группировки усугублялось тем, что войска Брянского. Юго-Западного и Южного фронтов не успели восстановить силы после тяжёлых боёв и прочно закрепиться на занимаемых рубежах. Даже первый оборонительный рубеж был оборудован в инженерном отношении не полностью, а вторая полоса подготовлена лишь на отдельных участках. Общая протяжённость полосы обороны составляла 900 км, Немецко-фашистское командование планировало в период летнего наступления на южном крыле советско-германского фронта последовательно провести две операции. В ходе операции «Блау» (с июня она получила наименование «Брауншвейг») ударами по сходящимся направлениям силами армейской группы «Вейхс» из района Курска на Воронеж и немецкой 6-й армии из района Волчанска на Острогожск намечалось окружить и уничтожить войска Брянского и Юго-Западного фронтов, действовавших на воронежском направлении. Замыслом последующей операции «Клаузевиц» предусматривалось ударами подвижных войск, вышедших к Воронежу, в южном направлении на Кантемировку выйти в тыл войскам Юго-Западного фронта, а главными силами 1-й танковой армии из района Славянск, Артёмовск. Краматорск, развивая удар на Кантемировку, завершить окружение и уничтожение войск Юго-Западного фронта, в дальнейшем стремительно наступать на кавказском и Сталинградском направлениях.

28 июня немецко-фашистские войска перешли в наступление, срок которого уже трижды откладывался. Первой из района Курска нанесла удар 4-я танковая армия (генерал-полковник Г. Гот) по войскам 13-й армии (генерал-майор Н.П. Пухов) и 40-й (генерал-лейтенант артиллерии М.А. Парсегов, с 4 июля генерал-лейтенант М.М. Попов) армий Брянского фронта. В тот же день противник прорвал оборону на стыке этих армий и за два дня продвинулся на глубину до 40 км. Ставка ВГК немедленно (28 июня) усилила Брянский фронт тремя танковыми корпусами — два из них были взяты с Юго-Западного фронта, а третий -из резерва Ставки. Кроме того, командующий фронтом направил к участку прорыва танковый корпус из своего резерва. 30 июня при переговорах по ВЧ с командованием Брянского фронта Верховный Главноко­мандующий И.В. Сталин подчеркнул: «Запомните хорошенько, у вас теперь на фронте более 1000 танков, а у противника нет и 500 — это первое. И второе — на фронте действия трёх танковых дивизий противника у нас собралось более 500 танков, а у противника 300— 350 танков самое большее. Всё зависит теперь от вашего умения использовать эти силы и управлять ими...». Одновременно Ставка ВГК указала своему представителю на Брянском фронте армейскому комиссару 2 ранга П.С. Степанову (член Военного совета ВВС Красной армии) на необходимость сосредоточить основные усилия авиации фронта на разгроме танковых и моторизованных колонн противника и надёжном прикрытии своих войск от ударов врага с воздуха.

Однако быстрое изменение обстановки не позво­лило осуществить замысел Ставки на проведение контрудара. Основная причина этого заключалась в том, что танковые корпуса своевременно не прибыли в указанные им районы сосредоточения. Поэтому командование Брянского фронта не сумело организовать нанесение мощного контрудара по флангам ударной группировки врага. Более того, командующий войсками фронта решил отвести 40-ю армию на новый рубеж, но Ставка ВГК не утвердила его решение, одновременно указав Ф.И. Голикову на недопустимость потери связи с этой армией, а также с танковыми корпусами. Танковые корпуса вводились в бой по частям, притом не столько для решения активных задач, сколько для закрытия брешей в обороне наших войск. Этим не замедлил воспользоваться противник. Продолжая развивать наступление, он к исходу 2 июля продвинулся на глубину 60—80 км. Немецкие подвижные соединения вышли к железной дороге Касторное — Старый Оскол и глубоко охватили с севера основные силы 40-й армии, продолжавшие вести упорные бои на главной полосе обороны.

30 июня из района Волчанска перешла в наступление 6-я армия (генерал танко­вых войск Ф. Паулюс) и нанесла удар в стык 21-й (генерал-майор А.И. Данилов) и 28-й (генерал-лейтенант Д.И. Рябышев, с 4 июля генерал-майор В.Д. Крюченкин) армий Юго-Западного фронта. Атакованные превосходящими силами противника войска этих армий не смогли отразить их удар. Прорвав оборону 21-й и 28-й армий, враг ввёл в прорыв подвижные соединения и начал развивать успех в глубину. За три дня танковые и моторизованные соединения 6-й армии продвинулись на глубину до 80 км и вышли в район Старого Оскола, где соединились с наступавшими с севера войсками 4-й танковой армии. В результате в окружении оказались основные силы 40-й и 21-й армий, которые в ходе последующих боёв сумели частично вырваться из кольца.

К 3 июля на стыке Брянского и Юго-Западного фронтов образовалась большая брешь. Путь на Воронеж для врага оказался открытым. Положение усугублялось тем, что управление войсками Юго-Западного и Брянского фронтов оказалось нарушенным. Все фронтовые резервы уже были введены в сражение, и никаких сил, чтобы преградить врагу дорогу к Дону, в распоряжении командования этих фронтов не было. В Воронеже находился лишь небольшой гарнизон, состоявший из нескольких частей НКВД, 3-й дивизии Войск ПВО страны и различных танковых частей и подразделений. Эти войска первыми приняли на себя удар врага в городе. В Воронеже завязались ожесточённые уличные бои, в ходе которых часть зенитных орудий была использована для борьбы с танками противника. Упорное сопротивление воронежского гарнизона сорвало попытку врага захватить город с ходу и од­новременно дало возможность советскому командованию подтянуть к Воронежу дополнительные силы.

Для восстановления стратегического фронта обороны Ставка ВГК выдвинула на воронежское и ворошиловградское направления три резервные армии (3, 5-ю и 6-ю), переименованные соответственно в 60-ю (генерал-лейтенант М.А. Анто-нюк), 63-ю (генерал-лейтенант В.И. Кузнецов) и 6-ю (генерал-майор Ф.М. Хари­тонов) армии, которые получили приказ выдвинуться на Дон и занять оборону на его левом берегу на рубеже Задонск, Клетская. Вновь сформированная 5-Я танковая армия (генерал-майор А.И. Лизюков), усиленная 7-м танковым корпусом (генерал-майор ПА. Ротмистров) получила приказ сосредоточиться в районе Ельца и нанести контрудар во фланг и в тыл вражеской группировке, прорвавшейся в район Воронежа. Для её поддержки с воздуха привлекались крупные силы авиации. Для оказания помощи фронтовому командованию в штаб Брянского фронта прибыл начальник Генерального штаба Красной армии генерал-полковник A.M. Василевский. Юго-Западному фронту было приказано организовать прочную оборону в районе Острогожска.

События тем временем продолжали развиваться неблагоприятно. К исходу 6 июля противник овладел большей частью Воронежа и захватил плацдарм палевом берегу Дона. Его 6-я армия прорвала оборону войск Юго-Западного фронта в районе Острогожска и развернула наступление в южном направлении. Возникла серьёзная угроза тылам не только Юго-Западного, но и Южного фронта. И хотя совет­ским войскам удалось заметно снизить темпы продвижения противника на воронежском направлении, а кое-где и остановить его, успех немецких войск за первые 10 дней наступления оказался весьма внушительным: наш фронт был прорван в полосе до 300 км и на глубину 150—170 км.

Обороняя Воронеж, отважно сражались 3-я дивизия ПВО (полковник Н.С. Ситников), имевшая на вооружении 142 зенитных орудия калибра от 23 до 85 мм. Во взаимодействии со стрелковыми частями гарнизона, танковым батальоном (прибыл из 40-й армии на усиление) и 101-й истребительной авиационной дивизией (генерал-майор авиации И.И. Евсевьев) её воины 5—6 июля отразили Станковых атак противника, а также 25 воздушных налётов, в каждом из которых участвовало до 80 самолётов. За эти два дня зенитчики 3-й дивизии сбили около 40 вражеских самолётов. Особенно отличились воины 183-го и 254-го зенитных артиллерийских полков, проявившие исключительное мужество, отвагу и стойкость. Упорные бон велись до середины июля, когда обстановка на воронежском участке фронта заметно стабилизировалась. 6 июля 5-я танковая армия из района западнее Задонска нанесла контрудар во фланг прорвавшейся к Воронежу вражеской группировки. Но ввиду недостаточной подготовки он не сыграл важной роли в сражении. Противник, повернув на север выдвигавшиеся в район Воронежа 24-й танковый корпус и три пехотные дивизии, отразил этот удар.

Тем временем немецко-фашистское командование решило завершить окружение и уничтожение советских войск южнее Воронежа. С этой целью оно наметило нанесение двух ударов по сходящимся направлениям на Кантемировку: одного из района Острогожска силами 6-й армии, другого — из района Артёмовска силами 1-й танковой армии (генерал-полковник Э. Клейст). Ставка ВГК, своевременно разгадав замысел врага, 6 июля приняла решение вывести из-под его удара войска Юго-Западного и правого крыла Южного фронтов, приказав им отойти в ночь на 7 июля на рубеж Богучар, Кантемировка, Беловодск, Красный Луч. Противник обнаружил отход с опозданием и лишь во второй половине следующего дня начал преследование. Советские войска отходили на новый рубеж организованно под прикрытием сильных арьергардов, сдерживавших натиск яростно наседавшего врага.

7 июля Ставка ВГК в целях улучшения руководства войсками на воронежском направлении разделила Брянский фронт на два фронта: Брянский под временным командованием генерал-лейтенанта Н.Е. Чибисова (с 14 июля — генерал-лейтенант К.К. Рокоссовский) и Воронежский (генерал-лейтенант Ф.И. Голиков, с 14 июля — генерал-лейтенант Н.Ф. Ватутин).

Самоотверженные оборонительные действия войск Брянского фронта на воронежском направлении во многом способствовали срыву «главной операции» вермахта на Восточном фронте. Именно здесь дал первую трещину (после «Тайфуна») план второго «генерального наступления» немецко-фашистских войск на Востоке. Гитлеровская ставка вынуждена была внести существенные коррективы в план ведения войны. Руководство операциями на южном крыле Восточного фронта Гитлер взял лично на себя — он глубоко верил в полный успех «главной операции» 1942 г. и ни под каким видом не хотел допустить её провала. Чтобы быть ближе к району боевых действий, фюрер приказал передислоцировать ставку из Вос­точной Пруссии на Украину.

Несмотря на то, что войска Юго-Западного фронта не были окружены, как то предусматривали планы гитлеровцев, немецкая группа армий «Юг» в середине июля, в соответствии с планом операции «Клаузевиц», была разделена на две группы армий — «А» и «Б». Это стало необходимым в связи с возрастанием размаха боевых действий и постановкой войскам новых крупных задач. Основу группы армий «Б» (генерал-полковник М. Вейхс) составили войска армейской группы «Вейхс», Она получила задачу наступать на Сталинград (ныне Волгоград), а группа армий «А» (генерал-фельдмаршал В. Лист) — на Северный Кавказ. Командующий группой армий «Юг» генерал-фельдмаршал Ф. Бок, обвинённый Гитлером в недостаточной решительности и, в частности, в неудаче под Воронежем, был уволен в отставку. Свою роль сыграли также его расхождения с Гитлером во взглядах по вопросам дальнейшего ведения операций.

Положение советских войск на южном крыле советско-германского фронта продолжало ухудшаться. Командование Юго-Западного фронта не смогло восстановить положение на своём правом фланге. 40-й танковый и 8-й армейский корпуса 6-й немецкой армии вместе с 4-й танковой армией развивали наступление в южном направлении. Глубоко обойдённые противником с северо-востока основные силы Юго-Западного фронта были вынуждены вести тяжёлые бои в полуокружении. 13 июля 4-я танковая армия противника нанесла удар восточнее железной дороги Кантемировка — Шахтииский. 15 июля её танковые и мотори­зованные части ворвались в Миллерово, выйдя в тыл войскам Юго-Западного фронта. Одновременно передовые части немецкой 1-й танковой армии вышли в район Каменск-Шахтинский. Наступавший враг теперь стремился окружить и уничтожить войска Южного фронта, оборонявшиеся в Донбассе. 4-я танковая армия гитлеровцев имела задачу выйти в низовья Дона на участке Цымлянская, Константиновская, а затем нанести удар па Ростов; 1-я танковая армия — форсировать Северский Донец в районе Каменск-Шахтинский, а затем наступать на Ростов с севера. К исходу 15 июля немецко-фашистские войска прорвали наш фронт между Доном и Северским Донцом в полосе 170 км и вышли в большую из­лучину Дона. Создалась реальная угроза прорыва врага к Сталинграду и на Северный Кавказ.

Над войсками Южного фронта, продолжавшими удерживать фронт обороны в Донбассе, нависла угроза окружения. В создавшейся обстановке Ставка ВГК приказала отвести войска Южного фронта за Дон в его нижнем течении и организовать прочную оборону по его левому берегу. Отступавшие в большую излучину Дона остатки войск Юго-Западного фронта вошли в состав вновь созданного (12 июля 1942 г.) Сталинградского фронта (Маршал Советского Союза С.К. Тимошенко), развёрнутого па дальних подступах к Сталинграду. В ночь на 16 июля войска Южного фронта начали отход из Донбасса. На подступах к Ростову противник предпринял попытку окружить их, но потерпел неудачу. 23 июля советские войска оставили Ростов и отступили за Дон. К исходу 24 июля они заняли оборону на его левом берегу. Преследовавший их противник сумел захватить на Дону ряд небольших плацдармов. На этом Воронежско-Ворошиловградская стратегическая оборонительная операция закончилась.

Таким образом, в ходе первого этапа «генерального наступления» на Юге немецко-фашистские войска осуществили стратегический прорыв нашего фронта в полосе почти 600 км, продвинулись на глубину 150—400 км и создали непосредственную угрозу Сталинграду и Северному Кавказу.

Однако в результате Воронежско-Ворошиловградской операции советские войска сорвали план немецко-фашистского командования уничтожить основные силы Красной армии на юго-западном стратегическом направлении и нанесли тяжёлый урон ударной группировке врага, рвавшейся к Волге и Дону. Оценивая оже­сточенные сражения, развернувшиеся в июле 1942 г. на южном крыле Восточного фронта, известный немецкий военный историк генерал К. Типпельскирх в своей «Истории второй мировой войны» писал: «Действия немецких войск, казалось, ещё раз увенчались блестящим успехом. Но при ближайшем рассмотрении этот блеск меркнул. Русские армии были, может быть, деморализованы, но не разгромлены».

Сражения, развернувшиеся в ходе Воронежско-Ворошиловградской операции, показали, что, несмотря на утрату Красной армией стратегической инициативы, успехи противника на Юге были временными, непрочными. Они не смогли стать решающим фактором, определяющим судьбу кампании. Это вскоре со всей убедительностью подтвердила борьба, развернувшаяся под Сталинградом и на Северном Кавказе.

В Воронежско-Ворошиловградской операции советские войска понесли тяжёлые потери: безвозвратные — 370,5 тысячи человек; санитарные — около 198 тысяч человек, а также более 2,4 тысячи танков, 13,7 тысячи орудий и миномётов и около 800 самолётов. Потери противника также исчислялись сотнями тысяч человек, тысячами орудий и миномётов, многими сотнями танков, штурмовых орудий и самолётов.

Отступая, сражаясь в окружении, пробиваясь с боями к своим, советские войска вынуждали противника распылять силы. Вольно или невольно немецкое командование направляло войска туда, куда отходили соединения Красной армии. Переоценив свои возможности и недооценив силы советских войск, командование вермахта начато менять первоначальные планы. Так, 4-я танковая армия была перенаселена со Сталинградского направления на кавказское, а 11-я армия — с кавказского на ленинградское. Но самое главное, Гитлер заставил вермахт наступать по двум расходящимся направлениям, при этом главный удар постепенно перемещался с Кавказа в сторону Сталинграда. Все это было на руку советскому командованию, так как для подобного наступления у немцев было явно ограниченное количество сил и средств. Несмотря на внушительный успех весной и летом 1942 г., они неуклонно двигались к катастрофе.

В Воронежско-Ворошиловградской стратегической оборонительной операции советское командование впервые применило в обороне танковые объединения (5-я танковая армия), а также крупные танковые соединения (корпуса). Боевые действия советских войск отличались высокой активностью и исключительным упорством. Характерным моментом в ведении оборонительной операции явилось привлечение крупных резервов Ставки ВГК для создания нового фронта обороны. Пусть и дорогой ценой, но был приобретен огромный опыт в проведении стратегических оборонительных операций, в организации взаимодействия различных родов войск. Все это в самое ближайшее время помогло добиваться успеха в борьбе с сильным противником.




  1. Rusiwan

    По существу, оборонительная и наступательная операции под Воронежем, с определенными оговорками можно назвать аналогом Сталинградской битвы.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.