Планы сторон на зимнюю кампанию 1944 года


После Сталинградской битвы стратегической инициативой овладели Советские Вооруженные Силы. Немецко-фашистское командование, предприняв крупное наступление под Курском и потерпев в нем еще одно тяжелое поражение, вынуждено было окончательно перейти к стратегической обороне. Советское Верховное Главно­командование, правильно определяя время и направления главных ударов, умело навязывало врагу свою волю и заставляло его отступать. В конце 1943 г. войска Красной Армии получили задачу закрепиться на достигнутых рубежах и подготовиться к новому наступлению. Лишь на отдельных направлениях им предстояло продолжать наступательные действия. К этому времени на советско-германском фронте сложилась следующая стратегическая обстановка.

Правый фланг нашего фронта и побережье Баренцева и Белого морей прикрывал Северный флот, который базировался на Полярный и другие порты Кольского залива. Превосходство в силах на этом морском театре было на стороне советского флота и военно-морских сил союзников, сопровождавших конвои в порты СССР. Однако вражеские подводные лодки и авиация продолжали угрожать нашим коммуникациям.

На участке фронта от Баренцева моря до Финского залива в положении сторон с осени 1941 г. изменений не произошло. Ни советские, ни немецкие и финские войска активных действий не предпринимали. Линия фронта проходила западнее Мурманска и Беломорска, по Онежскому озеру и далее по реке Свири к южному побережью Ладожского озера. Здесь оборону занимали войска Карельского фронта в составе четырех общевойсковых и одной воздушной армий и войска 7-й Отдельной армии. На Карельском перешейке оборонялась 23-я армия Ленинградского фронта. Против советских войск от Баренцева моря до Финского залива находились войска 20-й немецкой горной армии и основные силы финской армии. Вся эта группировка противника насчитывала 21 пехотную, 1 танковую дивизии и 6 бригад .

Краснознаменный Балтийский флот, подчиненный в оперативном отношении Ленинградскому фронту, базировался на Ленинград и Кронштадт, прочно удерживая острова Финского залива — Лавансари и Сейскари. Условия базирования были исключительно стесненными: флот фактически не имел возможности выхода за пределы восточной части Финского залива. Силы флота надежно прикрывали приморские фланги армий Ленинградского фронта.

Линия советско-германского фронта от Финского залива до Невеля проходила южнее Ленинграда — восточнее Чудова, Новгорода, Старой Руссы — западнее Великих Лук. Наиболее важным участком на этом направлении был недосягаемый для противника героический город Ленина. Прорыв блокады в 1943 г. улучшил положение Ленинграда. Однако враг продолжал упорно удерживать свои позиции на ближних подступах к городу, а вражеская артиллерия варварски обстреливала его. На участке от Финского залива до Невеля находились войска Ленинградского, Волховского и 2-го Прибалтийского фронтов, имевших в своем составе 11 общевойсковых и 3 воздушные армии Им противостояли войска группы армий «Север» в составе 18-й и 16-й армий, которые поддерживал 1-й воздушный флот. Немецко-фашистская группировка насчитывала 44 дивизии и 4 бригады .

На Западном театре военных действий между Невелем и Мозырем линия фронта проходила восточнее Витебска и Орши — западнее Гомеля, но в районе Невеля советские войска продолжали наступление. На этом театре действовали войска 1-го Прибалтийского, Западного и Белорусского фронтов, в составе которых имелось 15 общевойсковых и 3 воздушные армии . Против них оборонялась немецко-фашистская группа армий «Центр», состоявшая из 3-й танковой, 4, 9 и 2-й армий. Их поддерживал 6-й воздушный флот. Всего эта группа армий насчитывала 63 дивизии, в том числе 9 танковых и моторизованных, и 1 бригаду .

На участке фронта от Мозыря до Канева войска 1-го Украинского фронта, перешедшие 24 декабря 1943 г. в наступление, продолжали развивать успех на сарненском, житомирском и бердичевском направлениях. Линия фронта от Канева до Черного моря проходила в основном по Днепру. В районе Днепропетровска советские войска занимали плацдарм на правом берегу Днепра, а в районе Никополя враг удерживал плацдарм на левом берегу. Крым оставался в руках гитлеровцев, но в восточной части Керченского полуострова наши войска захватили плацдарм и прочно на нем закрепились. От Мозыря до устья Днепра действовали войска 1, 2, 3-го, основные силы 4-го Украинских фронтов. Они объединяли 21 общевойсковую, 3 танковые и 4 воздушные армии . Против них оборонялись немецко-фашистские войска группы армий «Юг», в состав которой входили 4-я и 1-я танковые, 8-я, 6-я армии, а также часть сил группы армий «А» — 44-й отдельный армейский корпус и 3-я румынская армия. Эта группировка врага включала 93 дивизии, в том числе 18 танковых и 4 моторизованные, и 2 бригады . Группы армий «Юг» и «А» поддерживала авиация 4-го воздушного флота.

На Крымском перешейке действовала 51-я армия 4-го Украинского фронта, а на плацдарме в восточной части Керченского полуострова — Отдельная Приморская армия, которую поддерживала 4-я воздушная армия. В Крыму оборонялась 17-я армия противника из группы армий «А», насчитывавшая десять дивизий .

Южный, приморский, фланг стратегического фронта прикрывали силы Черно­морского флота, который базировался на порты Кавказского побережья. Удаленность баз от северо-западного побережья затрудняла действия флота. К началу 1944 г. он действовал на вражеских коммуникациях между Крымом и портами Румы­нии и Болгарии, защищая наши коммуникации от нападения морских и воздушных вил противника.

Советское Верховное Главнокомандование к началу зимней кампании 1944 г. располагало значительными резервами. В Резерве Ставки было пять общевойсковых, две танковые, одна воздушная армии, девять отдельных танковых и механизированных корпусов. Все армии, за исключением двух общевойсковых, находились на южном фланге советско-германского фронта .

В тылу немецко-фашистских войск на оккупированной советской территории сражалась большая армия партизан. Партизанские соединения и отряды вели борьбу против гитлеровских захватчиков во взаимодействии с войсками Красной Армии.

Боевая мощь Советских Вооруженных Сил продолжала неуклонно укрепляться. Состав действующей армии к началу 1944 г. характеризуется следующей таблицей.

Личный состав, соединения, вооружение и боевая техника

Действую­щие фронты и флоты

Резерв Ставки ВГК

Всего

1

Сухопутные войска, в тыс. человек

5 568

419

5 987

Военно-воздушные силы (с авиацией дальнего

     

действия), в тыс. человек

331

77

408

 

266

266

Воздушнодесантные войска, в тыс. человек . . . .

-----

75

75

Итого

6165

571

6 736

Стрелковые, мотострелковые, кавалерийские и воз-

     

душнодесантные Дивибии

461

19

480

Отдельные бригады (стрелковые, механизированные,

38

17

55

 
 
 

32

32

Танковые и механизированные корпуса

23

12

35

 

42

4

46

 

76

4

80

Отдельные артиллерийские и минометные бригады

69

4

73

 

1245

4

128

Орудия и минометы (без реактивных установок)

92 6506

5040

97 690

Танки и самоходно-артиллерийские установки

5 357

271

5 628

 

8 5067

312

8 818

Гитлеровская Германия и ее союзники имели на советско-германском фронте 236 дивизий, в том числе 25 танковых и 8 моторизованных, и 18 бригад. Из этого общего количества 38 дивизий и 12 бригад принадлежали сателлитам Германии.

Без учета последних численность немецких войск на советско-германском фронте составляла 63 процента вооруженных сил Германии. Здесь же было сосредоточено 54 процента танков и штурмовых орудий, 71 процент орудий и минометов, 56 процентов самолетов. Всего армии противника на нашем фронте насчитывали 4 906 тыс. человек, в том числе войска сателлитов — 706 тыс. человек. На вооружении армий было: 54 570 орудий и минометов, 5400 танков и штурмовых орудий и 3073 самолета.

Таким образом, Советские Вооруженные Силы превосходили противника по людям в 1,3 раза, по орудиям и минометам в 1,7 раза, по танкам и самоходно-артиллерийским установкам в 1,4 раза и по самолетам в 2,7 раза. Между тем в западноевропейской и американской печати нередко приводятся фантастические данные о чрезвычайно большом общем превосходстве советских войск.

Вымыслы о чрезмерном численном превосходстве Красной Армии основываются на двух недобросовестных приемах. Один из них заключается в том, что, сопоставляя советские общевойсковые армии и стрелковые дивизии с немецкими армиями и пехотными дивизиями, буржуазные военные историки не говорят о существенном различии в их организации и численности. Советские армии в это время имели в своем составе 8—9 дивизий, а немецкие армии — в среднем 17. Наши стрелковые дивизии по численности были по крайней мере на одну треть меньше, чем немецкие пехотные дивизии; немецкая танковая дивизия по количеству техники и живой силы почти равнялась советскому танковому корпусу. Таким образом, подлинное соотношение сил может быть дано только при учете различия в составе армий, корпусов и дивизий.

Сущность другого приема состоит в следующем. Основывая свои утверждения на действительно многократном превосходстве советских сил на направлении главных ударов в операциях, буржуазные фальсификаторы истории умалчивают при этом, что такое превосходство советское командование создавало на узких участках фронта путем искусного маневра, смелой перегруппировки сил, снятых с неактивных участков фронта.

В обоих случаях необъективная подача фактов преследует цель принизить советское военное искусство, оправдать катастрофические поражения германской армии и крах немецко-фашистского военного искусства.

То, что Красная Армия к началу 1944 г. превосходила гитлеровские войска в людях, вооружении и боевой технике, являлось знаменательным фактом. На деле была доказана несокрушимая мощь социалистического государства. Советскому Союзу за два с половиной года удалось не только отразить небывалый натиск противника и ликвидировать его преимущество, но и добиться превосходства в силах и средствах, захватить стратегическую инициативу ведения войны и начать массовое изгнание оккупантов. Советский народ, руководимый Коммунистической партией, сумел благодаря преимуществам социалистического общественного строя создать слаженное военное хозяйство и достичь военного перевеса над врагом.

Вооруженные Силы СССР превосходили немецко-фашистскую армию не только в количественном, но и в качественном отношении Они оснащались более современным мощным вооружением. Сухопутные войска получали новые образцы автоматического стрелкового оружия, усовершенствованные по конструкции и вооружению танки Т-34 с 85-мм пушкой, тяжелые танки ИС-2 и самоходно-артиллерийские установки ИСУ-122 и ИСУ-152, а также более мощные 100-мм орудия и реактивные установки М-31-12. В соединения и части всех родов войск поступало значительно больше автотранспорта.

Военно-воздушные силы в 1944 г. стали получать модернизированные и новые самолеты-истребители Як-3, Ла-7, Як-9 дд, превосходившие по своим тактико-техническим данным прежние. В Военно-Морской Флот начали поступать новые подводные лодки и надводные корабли, построенные нашей промышленностью, а также полученные по ленд-лизу у союзников Корабли оснащались современными техническими средствами. Продолжали укрепляться и развиваться войска противовоздушной обороны страны. Намного повысилось качество их вооружения. Истребительная авиация противовоздушной обороны получила новые, более совершенные скоростные истребители, а зенитная артиллерия — радиолокационные станции орудийной наводки.

За два с половиной года войны сильно возросло также советское военное искусство. Оно отличалось гибкостью, умелым сочетанием различных способов боевых действий в обороне и в наступлении. Красная Армия в оборонительных операциях второго периода войны, особенно под Курском, мастерски использовала методы активной обороны. Искусная оборона наших войск обычно приводила к тому, что наступавший противник быстро обескровливался, а соотношение сил менялось в конечном итоге в нашу пользу. С большим успехом осуществлялись контрнаступления, в результате которых советские войска достигали перелома в ходе вооруженной борьбы и переходили в общее наступление.

Красная Армия за истекшие военные годы, особенно за 1943 г., накопила огромный опыт ведения наступательных операций. Стратегия Советского Верховного Главнокомандования характеризовалась исключительной целеустремленностью. Все усилия Красной Армии были направлены на осуществление главной цели — уничтожение противника. Наиболее ценным являлся опыт окружения крупной немецко-фашистской группировки между Волгой и Доном и мощного контрнаступления под Курском. Во время стратегических наступательных операций с успехом была решена проблема взаимодействия фронтов.

Важное значение имел богатейший опыт организации прорыва глубокой и сильно укрепленной обороны противника Успех при прорыве в большой степени обеспечивался глубоким оперативным построением войск, решительным сосредоточением сил и средств на направлении главного удара, поражением войск противника на всю глубину их тактического расположения. В ходе боевых действий совет­ские войска овладели искусством форсирования крупных водных преград, таких, например, как Днепр. Наступление Красной Армии характеризовалось непрерывным наращиванием силы ударов и повышением темпов наступления. Летом и осенью 1943 г среднесуточный темп наступления общевойсковых соединений достигал 10—25 километров, а танковых и механизированных — 30—35 километров.

Резкое увеличение пространственного размаха борьбы, количества сил и средств, привлекаемых к проведению операций, а также темпов наступления наших войск предъявило очень большие требования к работе центральных, фронтовых, армейских и дивизионных тыловых учреждений и частей. Как ни велики были труд­ности, тыловые учреждения и части справлялись со своими задачами. Главное управление тыла Красной Армии — начальник тыла генерал армии А. В. Хрулев — своевременно приняло меры по развертыванию новых тыловых учреждений и частей, улучшению работы всех видов транспорта, созданию дополнительных органов управления тылом и особенно по увеличению численности железнодорожных, авто­мобильных и дорожных войск.

Моральное состояние советских войск было весьма высоким. Победы Красной Армии поднимали чувство гордости наших воинов за свою великую Отчизну, укрепляли их веру в мощь советского оружия, вдохновляли на новые подвиги. Огромную роль в повышении морального духа Красной Армии играли политорганы и партийные организации. Они повседневно разъясняли воинам характер и цели войны, воспитывали любовь к Родине и ненависть к врагу. Коммунисты и комсомольцы личным примером воодушевляли солдат и матросов на выполнение боевых задач.

Немецко-фашистская армия к началу 1944 г., хотя и потерпела крупнейшие поражения на советско-германском фронте, не потеряла боеспособности и оставалась мощной и слаженной военной машиной. Немецкие солдаты и унтер-офицеры, нахо­дившиеся под неослабным контролем фашистского офицерства, сражались с тупым упорством и выдержкой. Традиционная прусская школа муштры, чувство страха перед расплатой за совершенные на советской земле злодеяния поддерживали дисциплину в войсках. Основная масса солдат продолжала верить фашистской пропаганде о применении немецкой армией новой сверхмощной техники и оружия, об истощении наступательных возможностей советских войск. Большое влияние на солдат оказывали также вымыслы об «ужасах» большевистского плена, о том, что в случае вступления Красной Армии на германскую территорию семьи военнослужащих будут якобы истребляться.

Фашистское правительство и командование вермахта, боясь возмездия за совершенные на советской земле преступления и не рассчитывая на какой-либо компромисс в войне с СССР, ставили на карту все, лишь бы избежать надвигавшейся катастрофы. Тотальная мобилизация позволила значительно пополнить действующие войска и сформировать большое количество новых соединений и частей. Только за последние четыре месяца 1943 г. из Германии и оккупированных ею стран Западной Европы на Восток было переброшено 32 дивизии и бригады.

Против Красной Армии действовали наиболее укомплектованные и боеспособные соединения пехоты, а также основная часть фашистских бронетанковых войск и авиации. Качество боевой техники германских вооруженных сил хотя и уступало качеству советской техники, но по сравнению с предыдущими годами войны намного улучшилось. Войска получили на вооружение более тяжелые системы противотанковой и зенитной артиллерии. Были повышены боевые возможности танков, самоходно-артиллерийских установок и самолетов, усилена противовоздушная оборона войск и страны.

И все же немецко-фашистская армия к началу 1944 г. представляла собой уже не ту армию, какой она была до перехода в наступление под Курском. Крупные поражения на советско-германском фронте свели на нет ее былое превосходство, надломили боевой дух. Боеспособность фашистских войск, особенно в сравнении с возросшим мастерством и мощью Советских Вооруженных Сил, упала. Наиболее подготовленные и опытные кадры были перебиты. Поступавшее пополнение не возмещало тех потерь, которые несли гитлеровские войска. Кроме того, большинство призванных не обладало необходимыми боевыми качествами. Проблема людских ресурсов приобрела исключительно важное значение. В соединениях и частях сухопутных войск наблюдался хронический некомплект личного состава. Новые потери привели к тому, что многие пехотные дивизии были сведены в боевые группы. В сухопутных войсках начал сказываться недостаток тяжелого оружия, средств тяги и другой боевой техники. К 1944 г. из-за больших потерь на советско-германском фронте самолетов и летного состава, а также из-за сокращения произ­водства бомбардировщиков значительно снизилась ударная мощь немецких военно-воздушных сил.

Падение боевого духа войск стало серьезно тревожить гитлеровское командование. Так, командующий 9-й армией генерал-полковник В. Модель в одном из своих приказов подчеркивал «Назревает опасность, что идеологическая возможность (моральное состояние. — Ред.) и вместе с тем внутренняя сопротивляемость, которые наши люди принесли с собой на войну, постепенно исчезнут...» В книге «Мировая война. 1939—1945 годы», написанной группой генералов и офицеров бывшего фашистского вермахта и изданной в Западной Германии, отмечается, что после Курской битвы «в результате огромных потерь в офицерах, унтер-офицерах и специалистах, составлявших костяк немецких войск, их стойкость становилась все менее прочной, в связи с чем немецкое командование с большой тревогой встречало каждое новое наступление противника» Для усиления идеологической обработки солдат руководство нацистской партии вынуждено было в конце 1943 г. ввести «институт национал-социалистских офицеров воспитания».

Таковы сильные и слабые стороны германских вооруженных сил. Их ударная способность снизилась, но в оборонительных боях они продолжали оказывать упорное сопротивление Красной Армии.

Стратегическая обстановка, сложившаяся к началу 1944 г. на советско-германском фронте, позволила Коммунистической партии и правительству Советского Союза выдвинуть новые задачи. Война вступила в ту стадию, когда дело шло уже о полном изгнании оккупантов с советской земли и ликвидации фашистского «нового порядка» в Европе. Решение этих грандиозных задач требовало от Красной Армии и всего советского народа еще больших усилий и новых подвигов.

Исходя из общих политических и стратегических задач, Советское Верховное Главнокомандование еще в период завершения летне-осенней кампании 1943 г. начало планировать и готовить крупные стратегические наступательные операции на зимнюю кампанию 1944 г. Для более полного использования успеха, достигнутого в предыдущей кампании, намечалось начать новую кампанию без паузы Это долж­но было застать немецко-фашистское командование врасплох, так как оно полагало, что Красная Армия после летне-осенней кампании 1943 г. не способна продолжать наступление. Основные цели кампании, как это видно из рабочей карты «Планы операций» , составленной Генштабом 8 декабря 1943 г., а также из директив Ставки, отданных фронтам в конце ноября, в декабре 1943 г. и в январе 1944 г, заключались в том, чтобы разгромить крупные стратегические группировки немецко-фашистских войск под Ленинградом, на Правобережной Украине, в Крыму и в Белоруссии.

Для достижения намеченных военно-политических целей Ставка планировала провести наступательные операции группами фронтов с привлечением авиации дальнего действия и Военно-Морского Флота. Основные усилия Красная Армия должна была сосредоточить на стратегических флангах советско-германского фронта: под Ленинградом — против вражеской группы армий «Север» и на Правобережной Украине — против групп армий «Юг» и «А».

Главный удар в зимней кампании предполагалось нанести на Юго-Западном театре военных действий. Разгром сильных группировок немецко-фашистской армии, освобождение важных экономических и промышленных районов Правобережной Украины и выход на нашу государственную границу — все это должно было привести к резкому ослаблению противника и дальнейшему осложнению международного и внутриполитического положения фашистской Германии.

Наступление планировалось развернуть на фронте от реки Припяти до Черного моря силами войск 1, 2, 3 и 4-го Украинских фронтов. Целью его являлся разгром групп армий «Юг» и «А» и освобождение Правобережной Украины. Наступление намечалось осуществить в два этапа. На первом этапе нужно было ударами мощных группировок фронтов, сосредоточенных на плацдармах, сокрушить оборону врага на Днепре, уничтожить крупные группировки его войск и выйти на Южный Буг. На втором этапе предполагалось, используя первоначальный успех, нанести ряд глубоких ударов, рассечь стратегический фронт противника, уничтожить по частям его группировки и овладеть рубежом Ровно — Могилев-Подольский — река Днестр. Одновременно с этим Ставка планировала операцию по освобождению Крымасилами 4-го Украинского фронта и Отдельной Приморской армии во взаимодействии с Черноморским флотом и Азовской военной флотилией.

На Северо-Западном театре военных действий войскам Ленинградского, Волховского и 2-го Прибалтийского фронтов ставилась задача провести во взаимодей­ствии с Краснознаменным Балтийским флотом и авиацией дальнего действия наступательную операцию, в ходе которой разгромить основные силы группы армий «Север», отбросить врага от Ленинграда, освободить Ленинградскую и Калининскую области, овладеть рубежом Нарва — Псков — Валга — река Великая и создать условия для освобождения советских прибалтийских республик.

На Западном театре военных действий планировались наступательные действия трех фронтов. Войскам 1-го Прибалтийского и Западного фронтов предстояло разгромить противника в районах Витебска и Орши и овладеть рубежом Полоцк — Лепель — Могилев. Войскам Белорусского фронта было приказано наступать на Бобруйском направлении с ближайшей задачей разгромить группировку врага в районе Бобруйска и выйти на рубеж реки Птичи, имея в виду в дальнейшем развивать удар на Минск .

Активные задачи получили также наши флоты. Северный флот должен был во взаимодействии с военно-морскими силами союзников обеспечивать движение конвоев между Англией и северными портами Советского Союза, вести борьбу на вражеских сообщениях, защищать свои собственные коммуникации. Краснознаменному Балтийскому флоту ставилась задача содействовать наступлению Ленинградского фронта, а также осуществлять перевозки на приморский плацдарм и охранять наши морские сообщения в восточной части Финского залива. Черноморскому флоту приказывалось продолжать блокаду крымской группировки противника с моря, наносить удары авиацией по судам врага в портах и на море, содействовать наступлению советских войск на приморском направлении.

В ноябре 1943 г. Верховное Главнокомандование поставило задачи советским партизанам, действовавшим в тылу вражеских войск. Партизанские соединения и отряды должны были усилить помощь Красной Армии: нападать на гарнизоны противника, громить его тылы, разрушать коммуникации и связь, лишать возможности подтягивать резервы.

Выполнение планов операций зимней кампании требовало от военных советов фронтов и армий, командиров и политорганов соединений дальнейшего совершенствования партийно-политической работы в войсках, мобилизации всех моральных и физических сил советских воинов.

Таким образом, Советское Верховное Главнокомандование планировало на зимнюю кампанию 1944 г. наступательные действия десяти фронтов. Наступление предполагалось развернуть на обширном фронте от Ленинграда до Черного моря протяженностью более 2,5 тыс. километров и на глубину 300—500 километров.

План Ставки Верховного Главнокомандования на зимнюю кампанию соответ­ствовал политическим целям ведения войны. Этот план, а также планы фронтовых операций и операций групп фронтов явились результатом творческой работы Ставки, Генерального штаба, военных советов фронтов, главнокомандующих видами вооруженных сил и командующих родами войск. План в основном отвечал также стратеги­ческой обстановке, сложившейся к началу третьего периода Великой Отечественной войны. Однако он имел и серьезный недостаток. Сосредоточивая основные усилия на флангах стратегического фронта, Ставка планировала наступление и на западном направлении с целью выхода наших войск на линию Полоцк — Минск — река Птичь, то есть на глубину 150—230 километров. Между тем для решения такой задачи 1-й Прибалтийский, Западный и Белорусский фронты, как это показали позднейшие события, не имели достаточного превосходства над противником. Они нуждались в серьезном усилении, особенно танками, боеприпасами и горючим, чего Ставка сделать не могла. Нельзя брать под сомнение правильность решения Ставки направить основные резервы Украинским фронтам, действовавшим на направлении главного удара. Именно это явилось одним из решающих условий достижения успеха в зим­ней кампании 1944 г. Не имея возможности одновременно усилить фронты, действо­вавшие на центральном участке, Ставка должна была более скромно определить их задачи. Но этого не произошло. В целом же стратегический план Советского Верховного Главнокомандования был правильным.

Что могло противопоставить планам дальнейшего наступления Красной Армии немецко-фашистское командование? Хотя сложившаяся обстановка была неблагоприятной для Германии, Гитлер и другие ее руководители полагали, что война еще не проиграна, что немецкая армия в состоянии вести затяжные оборонительные действия вдали от границ рейха. Основную ставку гитлеровцы делали на раскол антифашистской коалиции и на заключение сепаратного мира с США и Англией.

В соответствии с этой политической линией верховное командование немецко-фашистской армии поставило цель любой ценой стабилизировать Восточный фронт и затянуть войну. Взяв курс на затягивание войны, германский генеральный штаб считал, что Советский Союз «и впредь будет превосходить Германию в отношении людских резервов, техники и пропаганды» , что «Советский Союз с полной уверенностью в состоянии вести крупное зимнее наступление» . Немецкий генералитет ошибочно полагал, что «этому Германия может противопоставить лишь свое высокое оперативно-тактическое искусство и более высокие боевые качества одиночного бойца» . Исходя из такой оценки положения, германский генеральный штаб указывал на необходимость «сохранить немецкую восточную армию минимум в той численности, которая имеется в настоящее время, и... обеспечить образование. . резервов, которые дадут возможность в контрнаступлениях нанести чувствительный удар даже превосходящим силам противника, которые сильны в количественном отношении» .

Серьезной проблемой для гитлеровского командования являлось создание необходимой группировки вооруженных сил. Это вынужден был признать начальник штаба оперативного руководства вермахта генерал-полковник А. Йодль. Выступая перед высшими политическими и военными чинами фашистской Германии в Мюнхене 7 ноября 1943 г., он говорил: «Наиболее трудная задача, стоящая перед командованием в настоящее время, заключается в таком распределении сил по всему театру военных действий, чтобы сконцентрировать войска на тех участках фронта, где противник намеревается нанести удар» . Генерал Йодль называл «распределение сил» между участками фронта трудной задачей, так как германское верховное командование все больше и больше ощущало нехватку стратегических резервов. Существенных изменений в группировке немецко-фашистских войск, действовавших на советско-германском фронте, к началу 1944 г. не произошло. Распределение сухопутных сил по участкам фронта, за исключением Карельского, было обусловлено активными действиями Красной Армии в 1943 г. Наибольшие силы находились в центре и на южном фланге фронта (от Невеля до побережья Черного моря). Здесь имелось до 60,9 процента пехотных и 92,4 процента танковых и моторизованных дивизий. При группах армий были созданы крупные бронетанковые резервы. Маневрируя ими вдоль фронта, немецкое командование предполагало короткими контр­ударами отражать наступление советских войск. Одновременно намечалось также проводить перегруппировку сил авиации с одного направления на другое.

На северо-западном участке советско-германского фронта противник рассчи­тывал удержать в своих руках Ленинградскую область и Прибалтику, опираясь на заранее подготовленные к обороне рубежи. Это давало ему возможность прикрыть подступы к Восточной Пруссии с северо-востока, сохранить господство военно-морского флота на Балтийском море и тем самым не выпустить из-под своего влияния Скандинавские страны, В центре советско-германского фронта фашистское командо­вание намеревалось упорной обороной на выгодных рубежах удержать оккупированную часть Белоруссии и прикрыть важнейшее стратегическое направление на Варшаву. На юго-западе гитлеровцы стремились активными действиями восстановить оборону по Днепру и сохранить за собой Правобережную Украину и Крым. Этим враг надеялся сохранить свои политические позиции в Румынии, Болгарии, а также и в Турции.

Важное значение немецко-фашистское командование придавало возведению оборонительных рубежей. Уже после поражения под Курском оно приняло срочные меры по укреплению своей обороны. С этой целью началось строительство оборонительных рубежей и полос на большую глубину.

Организуя оборону, фашистское верховное командование, видимо, не было вполне уверено, что немецкие войска смогут удержать занимаемые позиции. Об этом прямо заявил генерал Йодль в упоминавшемся уже докладе. «Я должен со всей откровенностью признать,— говорил он,— что наше общее положение очень осложнено, и я не могу скрывать того, что ожидаю дальнейших серьезных кризисов». Фашистскому руководству уже было ясно, что пришла пора готовиться к обороне на германской территории.

Следовательно, план гитлеровского командования на 1944 г. сводился к тому, чтобы стратегической обороной измотать и обескровить Красную Армию, выиграть время в расчете на возникновение политического кризиса в лагере противников Германии. Переход к стратегической обороне был вынужденным, так как для фашистского командования стало очевидным военное превосходство Красной Армии.

Но, как показал опыт боевых действий в 1944 г., немецко-фашистское командо­вание не смогло претворить этот план в жизнь. Оно не сумело оборону на Востоке превратить в активную стратегическую оборону, которая, как известно, предусматривает сочетание широких оборонительных действий с наступлением на уязвимых для противника направлениях. То, что было характерным для боевой деятельности Красной Армии и советского командования в 1941—1942 гг., оказалось не под силу германской армии и ее генеральному штабу в 1944 г.

Анализ немецко-фашистского плана действий на 1944 г. показывает, что гитлеровское командование по-прежнему переоценивало свое военное искусство и недооценивало советское военное искусство. Между тем советское военное искусство настолько усовершенствовалось, а Красная Армия стала такой могущественной, что никакие «оборонительные валы» не могли сдержать натиск советских войск. Наше командование владело стратегической инициативой, располагало достаточными резервами и значительной ударной силой, чтобы продолжать войну в высокоманевренных формах и не только изгнать врага из пределов социалистической Родины, но и перенести военные действия на вражескую территорию.

Германский план ведения войны в 1944 г. был порочен в своей политической основе, поскольку строился на признании фатальной неизбежности раскола антифашистской коалиции. Гитлеровское руководство так и не поняло, что анти­фашистская коалиция зиждилась на общности коренных интересов народов, которые не могли допустить господства фашизма потери свободы и национальной независимости.

Таким образом, внутриполитическое, международное и военно-стратегическое положение СССР к началу 1944 г... создавало благоприятные условия для дальнейшего наступления советских войск, освобождения всей советской земли от гитлеровских захватчиков и перенесения военных действий на территорию противника. Чаша весов победы склонилась на сторону социалистической державы. Центральный Комитет Коммунистической партии и Советское правительство, правильно оценив сложившуюся обстановку, мобилизовали советский народ и Вооруженные Силы для нанесе­ния новых сокрушительных ударов по врагу.




  1. Rjvbccfh

    Гитлер сознавал, что шанс на победу в войне упущен, если он вообще, когда-то существовал. В немецкой верхушке видели благоприятный для себя исход войны в игре на раскол союзников. Здесь шанс сохранялся до конца 1942 года, а к концу 1943 года никто уже всерьез не рассматривал соглашение с Гитлером.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.