Действия Северного флота на коммуникациях в Заполярье


Особенностью обстановки на Баренцевом море к началу 1944 г. была длительная стабильность положения на приморском фланге советско-германского фронта. Как и в предыдущие годы войны, немецко-фашистское командование в 1944 г. уделяло большое внимание борьбе против союзных конвоев. Командующий военно-морскими силами Дёниц считал, что ради помощи немецким войскам, действовавшим на Восточном фронте, стоит пойти на риск и попытаться сорвать снабжение русских армий военными материалами через северные порты . Планы действий против конвоев союзников неоднократно рассматривались на совещаниях в гитлеровской ставке. Очередное обсуждение их состоялось 3 января. Несмотря на угрозу высадки американо-английских войск в Западной Европе, на этом совещании было принято решение не ослаблять группировку флота, сосредоточенную в Северной Норвегии, а, наоборот, усилить ее подводными лодками и использовать для нанесения ударов по конвоям, следовавшим в Советский Союз с вооружением и другими грузами.

В составе норвежской группировки флота на 1 января 1944 г. противник имел 1 линейный корабль, 14 эскадренных миноносцев и миноносцев, 18 подводных лодок, 2 минных заградителя, более 50 сторожевых кораблей и тральщиков, флотилию торпедных катеров, свыше 20 самоходных барж, около 50 боевых катеров, много вспомогательных судов и 206 самолетов 4. В Петсамо базировался отряд финских кораблей (3 вооруженных парохода, траулер «Руйя», который использовался как минный заградитель, и 2 сторожевых катера). Кроме того, при необходимости враг мог усилить свою группировку кораблями и подводными лодками, находившимися в портах Западной и Южной Норвегии и в Северном море.

Советское Верховное Главнокомандование рассматривало охрану союзных конвоев в советской операционной зоне как задачу первостепенной важности. Одновременно с этим Северный флот продолжал вести упорную борьбу на вражеских морских сообщениях. Командовал флотом адмирал А. Г. Головко, членом Военного совета был вице-адмирал А. А. Николаев, начальником штаба — контр-адмирал М. И. Федоров (с 19 мая — контр-адмирал В. И. Платонов). Флот имел 23 подводные лодки, 9 эскадренных миноносцев, 19 сторожевых кораблей, 15 торпедных катеров, свыше 70 охотников за подводными лодками и сторожевых катеров, 36 тральщиков, 40 катеров-тральщиков и 353 самолета .

Условия ведения боевых действий на Северном морском театре в период поляр­ной ночи со снежными штормами, плавучими льдами, продолжительными туманами были очень тяжелыми. К тому же коммуникации противника проходили вблизи скалистых норвежских берегов, изобилующих фьордами и шхерами. На побережье были расположены многочисленные наблюдательные посты, береговые и зенитные батареи и аэродромы. На удаленных участках коммуникаций действовали в основ­ном наши средние и большие подводные лодки, а на подходах к Варангер-фьорду с северо-запада и в самом Варангер-фьорде — малые подводные лодки и торпедные катера. Одиночные самолеты-торпедоносцы вылетали иногда на свободную охоту и постановку мин в удаленные западные районы до Тромсе. Боевая деятельность торпедных катеров и особенно авиации в значительной степени ограничивалась трудными метеорологическими условиями. С приближением весны действия на вражеских коммуникациях активизировались.

1 апреля 1944г. Ставка Верховного Главнокомандования поставила Северному флоту задачу на летне-осеннюю кампанию —«систематически прерывать коммуни­кации противника вдоль северного побережья Норвегии и в Варангер-фьорде... наносить мощные бомбовые и штурмовые удары по базам и аэродромам противника... обеспечивать совместно с силами союзников движение конвоев на ком­муникациях в Баренцевом море, в порты Мурманск и Архангельск, в операционной зоне Северного флота» г. Флоту приказывалось быть готовым при наступлении советских войск на запад к активным операциям с целью занятия баз противника в Варангер-фьорде. Чтобы гарантировать выполнение этих задач, Ставка усилила Северный флот кораблями и самолетами. К середине лета авиация флота имела уже свыше 600 самолетов. От советской судостроительной промышленности и частично по лендлизу флот получил 6 подводных лодок, 2 тральщика, 32 торпедных катера и 62 катера противолодочной обороны.

В августе по договоренности между правительствами США, Англии и СССР в счет репараций с Италии Северному флоту были переданы во временное пользование американские и английские корабли, в том числе линейный корабль, крейсер, девять эскадренных миноносцев и четыре подводные лодки. Однако все эти корабли были старого типа, а эскадренные миноносцы настолько изношены, что, по заявлению одного американского журнала, «годились только на слом».

Северный флот в 1944 г. активизировал действия на вражеских морских коммуникациях. Особенно решительно действовал он в Варангер-фьорде. Здесь удары по врагу наносили вся авиация, подводные лодки, торпедные катера, а вход в Петсамо блокировали с полуострова Средний береговые батареи.

Наибольших результатов в нарушении морских сообщений врага достигли военно-воздушные силы флота, которыми командовал генерал-лейтенант авиации А. X. Андреев. В связи с высокой активностью советской авиации противник вынужден был отказаться от нанесения ударов с воздуха по нашим конвоям и портам и бросить самолеты на защиту своих морских коммуникаций.

Весной и летом 1944 г. удары авиации по вражеским конвоям в море приобрели характер нарастающих по силе атак нескольких тактических групп: торпедоносцев, штурмовиков, бомбардировщиков и нескольких групп истребителей. Многие удары советской авиации, как правило, заканчивались разгромом немецко-фашистских конвоев.

Одновременно с этим военно-воздушные силы флота Наносили массирован­ные удары по портам противника. Так, с 17 июня по 4 июля на порт Киркенес. было совершено три мощных налета, в каждом из которых участвовало по 100—130 самолетов. Систематические налеты на Киркенес и блокада артиллерией и торпедными катерами порта Петсамо вынуждали врага производить часть погрузочных и разгрузочных работ в других малооборудованных портах.

При выполнении своего воинского долга советские летчики проявили высокое воинское мастерство и отвагу. Особенно отличились Герои Советского Союза И. Т. Волынкин, Д. В. Осыка, Е. И. Францев, С. А. Гуляев и другие.

На вражеских морских сообщениях успешно действовала также бригада под­водных лодок под командованием Героя Советского Союза капитана 1 ранга И. А. Колышкина. Командование Северного флота, продолжая применять позиционно-маневренный метод, когда лодки в поисках противника маневрировали в назначенных для них районах, широко использовало и новый метод —«нависающие завесы». Он состоял в том, что несколько лодок одновременно занимали пози­ции на некотором удалении от вероятных путей движения немецких конвоев, чтобы избежать атак кораблей и самолетов противолодочной обороны. Нависающее по отношению к вражеским коммуникациям положение завесы обеспечивало выход в атаку одной или нескольких лодок. Получив данные разведки о противнике, подводные лодки полным ходом шли на сближение с конвоем и атаковали его. Действуя самостоятельно и в составе завес, подводные лодки неоднократно добивались успеха. Так, например, 20 июня подводная лодка «С-104» под командованием капитана 3 ранга В. А. Тураева, получив сообщение о движении транспортов, немедленно направилась к ним, чтобы произвести атаку. Вскоре были обнаружены два транспорта, охраняемые четырьмя тральщиками, тремя сторожевыми кораблями и двумя охотниками за подводными лодками. Над караваном непрерывно патрулировали два самолета. Такое сильное охранение говорило о большой ценности перевозимого груза. И командир лодки пошел на риск. Скрытно приблизившись к судам, лодка произвела четырехторпедный залп. Торпеды попали в транспорт, тральщик и сторожевой корабль. Остальные вражеские корабли начали преследовать лодку, сбрасывая глубинные бомбы. Лодка получила несколько повреждений, но личный состав быстро исправил их, и она продолжала действовать на вражеской коммуникации г. В сле­дующем походе эта же подводная лодка потопила еще два транспорта и эскортный корабль.

Больших успехов достигли подводные лодки «В-4» под командованием Героя Советского Союза капитана 3 ранга Я. К. Иосселиани, «С-56» под командованием Героя Советского Союза капитана 2 ранга Г. И. Щедрина, «С-14» под командованием капитана 3 ранга В. П. Каланина и «С-103» под командованием капитана 3 ранга Н. П. Нечаева, потопившие по три—четыре вражеских судна.

В борьбе с врагом моряки-подводники проявляли стойкость и героизм. В одном из боевых походов лодку «С-56» обнаружили корабли противолодочной обороны противника и начали ее преследовать. За сутки на лодку было сброшено более 300 глубинных бомб. В ней не хватало кислорода. Людей сковывала нечеловеческая усталость. Командир лодки по трансляционной сети обратился к морякам: «Противник начинает нас терять... Мне известно, что личный состав устал и выбивается из сил. И все-таки нужно держаться. Разрешаю беспартийным отдохнуть. Коммунистов прошу стоять за себя и товарищей. Повторяю: коммунистов прошу держаться!» В ответ на это личный состав всех отсеков лодки заявил о своей готовности стоять вахту столько, сколько понадобится. Беспартийные просили их не сменять. Ни один человек не покинул своего боевого поста. Пять моряков подали заявления с просьбой принять их кандидатами в члены Коммунистической партии. Так в самые трудные моменты жизни под знамена партии становились лучшие люди флота.

На вражеских коммуникациях в Варангер-фьорде активноудействовала бригада торпедных катеров под командованием капитана 1 ранга А. В. Кузьмина. Успех этой бригады объяснялся прежде всего массированным использованием катеров и их четким взаимодействием с авиацией. Настойчивые атаки торпедных катеров не только в темное, но и в светлое время суток вынудили врага бросить на борьбу с ними все эскадренные миноносцы и значительную часть авиации. Но наши катерники, применяя дымовые завесы, используя прикрытие истребителей, продолжали смело действовать. Всей стране были известны имена мастеров торпедных атак дважды Героя Советского Союза А. О. Шабалина, Героев Советского Союза В. Н. Алексеева, В. И. Быкова, В. М. Лозовского, Г. М. Паламарчука и других.

За успешные боевые действия бригада торпедных катеров Северного флота в 1944 г. была награждена орденом Красного Знамени и орденом Ушакова I степени. Даже буржуазные военные историки вынуждены дать высокую оценку боевым действиям советских торпедных катеров. Ю. Мейстер, например, пишет: «Немцы с удивлением отмечали, ... русские торпедные катера действовали... с необычайной предприимчивостью... Их боевая деятельность осенью 1944 г. достигла наивысшего уровня, чем значительно затруднила эвакуацию германских войск».

Командование Северного флота в 1944 г. проводило операции разнородных сил флота (авиации, подводных лодок, торпедных катеров, эскадренных миноносцев) с целью полного уничтожения конвоев и нарушения тем самым на определенный срок коммуникаций.

Действия Северного флота на морских сообщениях особенно активизировались перед Петсамо-Киркенесской операцией и в ходе ее. Вражеские конвои подвергались непрерывному воздействию сил флота и несли тяжелые потери. Так, 15 сентября удар по конвою нанесли 8 торпедных катеров и около 150 самолетов, а 16 октября — 4 подводные лодки и более 100 самолетов. В течение 1944 г. враг потерял на Баренцевом море 77 транспортных судов общим водоизмещением около 190 тыс. тонн. Кроме того, было потоплено 38 боевых кораблей и вспомогательных судов. Действия флота на вражеских коммуникациях не дали противнику возможности ни своевременно подбросить подкрепления северной группировке войск, ни полностью обеспечить эвакуацию живой силы и вооружения из Петсамской области и района Киркенеса. Бывший представитель немецко-фашистского командования в ставке Маннергейма генерал Эрфурт с сожалением отмечает, что, несмотря на заблаговременную подготовку к эвакуации из Северной Финляндии, немцам удалось вывезти очень неболь­шую часть запасов. Таким образом, хотя противник привлекал для охраны коммуникаций большие силы, ему не удалось обезопасить свои морские перевозки.

Ведя борьбу на коммуникациях врага, Северный флот одновременно продолжал встречать и охранять союзные конвои. Эту задачу он решал совместно с кораблями английского флота, которые охраняли и прикрывали транспорты на всем пути их следования. Корабли Северного флота усиливали охранение транспортов начиная с меридиана остров Медвежий—Тромсё, то есть на участке протяженностью около тысячи миль. Кроме того, Северный флот должен был обеспечивать безопасное пребывание союзных судов и кораблей в Мурманске и Архангельске.

Общая обстановка на внешних морских сообщениях характеризовалась в 1944 г. ослаблением активности противника. В отличие от 1942 и 1943 гг. немецкое командование не могло использовать для нарушения наших морских коммуникаций крупные надводные корабли и большое количество самолетов. Только подводные лодки врага, продолжавшие действовать «волчьими стаями», создавали реальную опасность. Однако увеличение числа кораблей и самолетов и оснащение их радиолокационными и гидроакустическими средствами затрудняли действия вражеских подводных лодок против транспортов.

Для обеспечения конвоев, следовавших из Англии и из Советского Союза, проводились специальные операции всеми силами флота. В них участвовали также соединения авиации Резерва Верховного Главнокомандования и Карельского фронта. Северный флот в любом случае выделял более 40 боевых и вспомогательных кораб­лей и до 2 авиационных дивизий. Авиация, как правило, наносила предварительные удары по вражеским аэродромам, а корабли производили поиск подводных лодок и траление прибрежных фарватеров. Во второй половине 1944 г. эскадра Северного флота (за исключением линейного корабля и крейсера) использовалась для охраны морских сообщений, и прежде всего для борьбы с подводными лодками. Благодаря этому потери на коммуникации Англия — Советский Союз были невелики. В наиболее тяжелом 1942 г. по этой коммуникации прошло в обоих направлениях 422 транспорта и 236 кораблей охранения. Потери за год составили 69 транспортов и 5 кораблей охранения. В 1944 г. из 506 транспортов и 425 кораблей охранения, следовавших в обоих направлениях, были потоплены врагом лишь 6 транспортов и 3 корабля охранения г. Несмотря на столь небольшие потери, союзники с апреля 1944 г., как и в предыдущие годы, прекратили отправку конвоев до наступления полярной ночи. Движение транспортов возобновилось в августе 1944 г. и уже до конца войны не прерывалось. Успехи Северного флота в обеспечении морских коммуникаций вынужден признать даже бывший гитлеровский адмирал Руге. Характеризуя движение конвоев между Англией и Советским Союзом, он пишет, что «в 1944 — 1945 гг. в Мурманск снова стали ходить конвои полного состава из 30 и более торговых судов. Несмотря на атаки подводных лодок, а иногда и самолетов, потери оставались незначительными».

Наряду с внешней коммуникацией на Севере большую роль играли внутренние морские коммуникации. Перевозки грузов между пунктами, расположенными на берегу Кольского залива и Белого моря, главным образом между Мурманском и Архангельском, были необходимы для снабжения Северного флота и действовавших на Кольском полуострове частей Красной Армии.

Много грузов перевозилось по Северному морскому пути на Дальний Восток. В Дудинку, Игарку, Тикси, на фактории и зимовки доставлялись промышленные и продовольственные товары. Обратными рейсами из арктических портов вывозились сырьевые материалы. В Арктике период навигации очень короткий. В Карском море, например, плавание возможно только в течение трех месяцев — с середины июля до середины октября. В это время там скоплялось много транспортов и ледоколов, являвшихся заманчивым объектом для нападения подводных лодок и надводных рейдеров (самолеты того времени из-за недостаточной дальности полета не могли действовать в Карском море). Обеспечение безопасности судоходства в западном секторе Арктики было основной задачей Беломорской военной флотилии, входившей в состав Северного флота. Командовал флотилией вице-адмирал С. Г. Кучеров, с 31 июля 1944 г.—вице-адмирал Ю. А. Пантелеев.

По сравнению с предыдущим годом в навигацию 1944 г. грузооборот по аркти­ческой коммуникации увеличился. В западном секторе Арктики перевозки осуществляли более 20 транспортов, отряд ледоколов и корабли Беломорской военной флотилии. Кроме того, в Арктику по Северному морскому пути с востока пришло 36 транспортов с грузами 3. Особенно оживленным было движение судов в Карском море. Туда вражеское командование и направило своп подводные лодки. В Карском море и юго-западной части Баренцева моря действовало до 10 подводных лодок, которые создали большую угрозу нашим коммуникациям. К этому времени у гитлеровцев появились лодки новых типов с повышенной подводной скоростью. Они могли идти под дизелями в подводном положении (на пёржскопной глубине) и поражать транспорты самонаводящимися акустическими торпедами. Бороться с такими лодками было гораздо труднее, чем с подводными лодками прежних типов. Дёниц и Гитлер возлагали на них большие надежды как на средство, кото­рое может изменить ход войны на море в пользу Германии г.

К лету 1944 г. значительно выросли и силы Беломорской военной флотилии. С началом арктической навигации в Карское море было переведено две трети всех кораблей флотилии. В отличие от 1943 г., когда к востоку от острова Диксон допускалось плавание судов без охранения, в 1944 г. все суда плавали только в конвоях. И хотя вражеские лодки потопили несколько небольших невооруженных судов и поставили в отдельных местах минные банки, сколько-нибудь серьезных успехов они не добились. Из 247 судов, проведенных по арктической коммуникации, им удалось потопить только один транспорт .

Всего Северный флот и Беломорская военная флотилия в течение 1944 г. про­вели по внутренним коммуникациям свыше 700 судов .

Таким образом, Северный флот в 1944 г. успешно выполнил задачи, поставленные Ставкой Верховного Главнокомандования. Соединения флота систематически наносили удары по коммуникациям противника, обеспечивали охрану наших морских сообщений. Северный флот и военно-морские силы союзников, обезопасив движение транспортов в наших северных водах, решили тем самым важную задачу по доставке в Советский Союз некоторых военных материалов.

* * *

В 1944 г. на Черном, Балтийском и Баренцевом морях Советский Военно-Морской Флот одержал новые победы над военно-морскими силами Германии и ее союзников. В результате напряженных боевых действий на всех морских театрах в течение года было потоплено 304 транспортных судна общим водоизмещением 600 тыс. тонн и 143 боевых корабля противника. Эти факты убедительно опровергают лживые утверждения буржуазной историографии, пытающейся умалить эффек­тивность боевой деятельности Советского Военно-Морского Флота.

После ликвидации вражеских группировок в Крыму, в районе Ясс и Кишинева и выхода Румынии и Болгарии из войны военно-морские силы противника на Черном море перестали существовать. Возобновились торгово-экономические связи черноморских, а затем и средиземноморских государств с Советским Союзом.

Уничтожение группировок врага под Ленинградом и в Прибалтике коренным образом изменило обстановку на Балтийском море. Немецко-фашистское командование вынуждено было вывести свой флот из Финского, Рижского и Ботнического заливов. В Балтийском море стал систематически действовать Краснознаменный Балтийский флот. К концу года был установлен морской торговый путь между Советским Союзом, Финляндией и Швецией, а также налажены морские перевозки между портами прибалтийских республик.

В разгроме немецко-фашистских войск в Заполярье очень большую роль сыграл Северный флот, который после завершения операции получил возможность базироваться в Варангер-фьорде. Немцы лишились здесь ряда важных аэродромов, откуда раньше их авиация наносила удары по нашим базам и коммуникациям.

Основным содержанием боевых действий Военно-Морского Флота являлась поддержка войск Красной Армии в наступательных операциях на приморских направлениях. В ходе этих операций в 1944 г. было высажено около 70 тактических и оперативных десантов, которые очищали от противника острова, порты, базы и наносили удары по тылам небольших изолированных группировок. На всех морях флоты успешно прикрывали приморские фланги наступавших войск от ударов врага с моря.

В период наступательных операций на приморских направлениях перед всеми флотами стояли сложные задачи — срывать снабжение и эвакуацию изолированных с суши немецко-фашистских группировок. Поэтому флоты, кроме поддержки сухопутных войск, нарушали морские сообщения врага. Иногда такие действия носили характер самостоятельных операций. Противник потерял много кораблей и транспортов с войсками и техникой. Для обеспечения безопасности своих транспортов он вынужден был привлечь значительное число боевых кораблей и авиацию.

Главной ударной силой советских флотов на морских сообщениях в 1944 г. являлась авиация. На ее долю приходится около 60 процентов всего потопленного тоннажа. Широко использовались также подводные лодки и торпедные катера. Крупные надводные корабли из-за большой минной опасности, а также из-за того, что противник разрушал оставляемые военно-морские базы, в борьбе на вражеских коммуникациях не участвовали.

Все флоты успешно решали задачи по защите своих коммуникаций. Потери тоннажа и перевозимого груза не превышали одного—двух процентов. Наибольшую роль в обеспечении безопасного плавания транспортов сыграли надводные корабли: тральщики, сторожевые и противолодочные корабли.

В успешном решении задач, стоявших перед флотами,— большая заслуга по-литорганов, партийных и комсомольских организаций. Они заботились о том, чтобы в любой боевой обстановке впереди были коммунисты и комсомольцы. Отличившиеся в боях моряки вступали в ряды партии. В 1944 г. на флотах было принято в партию 37 963 человека г. Особое внимание политорганы уделяли партийным организациям тех кораблей, которым длительное время приходилось действовать вдали от своих основных баз. Эти организации укреплялись наиболее подготовленными коммунистами, способными вести партийно-политическую работу в трудных условиях боя. Всей своей деятельностью коммунисты сплачивали личный состав частей и кораблей, вдохновляли его на героические подвиги.

Военно-Морской Флот в 1944 г. внес значительный вклад в дело разгрома противника и полного освобождения от фашистских захватчиков территории СССР. Победы, одержанные на море, свидетельствовали о высоком боевом духе советских моряков, выполнявших свой долг перед Родиной не жалея сил и самой жизни.



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.