Первые Московские правители


Главным соперником Москвы в борьбе за главенство над русскими землями была Тверь. Тверское княжество как самостоятельный удел возникло в 1247 г., когда его получил младший брат Александра Невского — Ярослав Ярославич. После смерти Александра Невского Ярослав стал великим князем Владимирским (1263—1272), а Тверское княжество было тог­да сильнейшим на Руси.

Основателем династии московских князей стал младший сын Александра Невского — Даниил Александрович (1276—1303). В годы его правления территория княжества увеличилась вдвое и стала одной из крупнейших в северо-восточной Руси. Московские князья смогли вступить в борьбу с Тверью за великое княжение. Сын Даниила Юрий Данилович, женившись на сестре ордынского хана Узбека Кончаке (Агафье), обещал увеличить дань с русских земель и впервые получил ярлык на великое княжение в 1319 г., но вскоре ярлык снова оказался в Твери.

Тверское восстание 1327 г: против баскака Чолхана было подав­лено московским князем Иваном Даниловичем (1325—1340) с помощью ордынского войска. С этого времени ярлык на великое княже­ние Владимирское почти всегда оставался в руках московских князей. Пользуясь милостью хана, Иван Данилович получил от него важное полномочие — самому собирать и доставлять в Орду дань с подвластного русского населения. Это давало московскому князю, прозванному Калитой («денежная сума», «кошель»), дополнительные финансовые выгоды и усиливало его власть и влияние на Руси. В то же вре­мя ценой жизни тверичей он на сорок лет избавил Русь от ордынских вторжений.

Поддержка духовенства имела важное значение для возвышения Москвы. Митрополит Петр, после смерти почитаемый как небесный покровитель Москвы, подолгу жил в Москве, а после смерти в 1326 г.

был погребен в Успенском соборе Московского Кремля. Его преемник митрополит Феогност окончательно поселился в Москве, которая фактически стала церковной столицей всей Руси. XI—XV вв. — это время интенсивного роста землевладения монастырей, которые стали союзниками московских князей в результате огромных земельных пожалований, сменивших церковную десятину.

Сыновья Ивана Калиты Семен Гордый (1340—1353) и Иван II Красный (1353—1359) значительно расширили территорию унаследованного ими Московского княжества. После смерти Ивана II его сын Дмитрий Иванович (1359—1389) продолжал расширять пределы княжества и вновь получил ярлык на великое княжение при поддержке митрополита Алексея. А после успешного похода москвичей на Тверь тверской князь подчинился московскому как «брат молодший». Символом возрастающей мощи Московского княжества стала постройка неприступного белокаменного Кремля (1367) — единственной тогда каменной крепости на территории северо-восточной Руси. И хотя стены Кремля через полтора века были заменены кирпичными, Москва по сей день имеет величавое прозвание «Белокаменная».

Успех политики Дмитрия Ивановича вызывал сильнейшее беспокойство в Золотой Орде, которая тогда переживала период раздробленности. Дмитрий считал, что настало время избавить Русь от иноземного ига. В 1380 г. ордынский военачальник Мамай (фактический правитель Орды), заключив союз против Москвы с литовским князем Ягайлом, повел огромное войско на Русь. Дмитрий собрал в Коломне полки со всех русских княжеств (кроме Рязани и Новгорода) и повел их навстречу Мамаю, не давая тому соединиться с литовским войском. Неожиданно переправившись через Дон, он встретил хана на территории, которую тот считал своей, и тем самым перехватил у соперника инициативу.

Знаменитый русский святой Сергий Радонежский, основатель Троице-Сергиева монастыря, по преданию, благословил Дмитрия на великую битву. В пояоде на Мамая приняло участие народное ополчение — простые горожане и крестьяне. Битва состоялась 8 сентября 1380 г. в верховьях Дона на Куликовом поле и началась с поединка русского богатыря Пересвета и монгольского воина Челубея, поразивших друг друга копьями. Войско под знаменами московского князя одержало нелегкую победу над войском Мамая. Исход сражения определило участие засадного полка с князем Владимиром Серпуховским и воеводой Дмитрием Боброк-Волынским во главе. Победа на Куликовом поле дала всей Руси надежду на возможность избавления от ненавистного ига.

За свою храбрость и талант полководца князь Дмитрий Иванович получил прозвание Донского. И хотя Дмитрий после вторжения хана Тохтамыша (1382), который сжег Москву, вынужден был снова признать над собой ордынскую власть, русское население стало связывать свои надежды на освобождение именно с московской великокняжеской властью.

Основные события эпохи — монгольское завоевание и героическая борьба и победа над захватчиками — нашли отражение в литературно-исторических источниках («О битве на Калке», «Повесть о разорении Рязани Батыем», «Сказание о Мамаевом побоище» и знаменитая поэма Софония Рязанца «Задонщина»).

Таким образом, в XIV в. в междуречье Оки и Волги на территории Московского княжества сформировалось политическое и этническое ядро, определившее в дальнейшем характерные черты будущего Российского государства. Дмитрий Донской передал великое княжение Владимирское своему сыну Василию I по завещанию «как вотчину» московских князей, не спрашивая права на ярлык в Золотой Орде. Произошло слияние великих княжеств Владимирского и Московского. Процесс объединения русских земель вокруг Москвы был продол­жен наследниками Дмитрия Донского.

Василий I (1389—1425) присоединил к Москве ряд городов, в числе которых Нижний Новгород, Муром, Таруса. Он усилил власть московского князя, поставив многих удельных князей в положение великокняжеских слуг, которые получали назначения наместниками и воеводами в своих землях. Такие князья стали называться служилыми, а их княжества фактически превращались в уезды московской Руси. Так постепенно начала перестраиваться вся система управления, превращаясь из местной, московской, в общерусскую.

Процесс политической централизации замедлила феодальная война во второй четверти XV в. После смерти Василия I начался династический конфликт между князьями Московского дома, длившийся почти 20 лет и Отличавшийся порой большой жестокостью. Причиной распрей стала попытка противников наследника Василия I возобновить «старинное право» наследования от брата к брату, т.е. переход власти к старшему в роду. Это означало бы переход московского престола не к сыну Василия I Василию II, а к другой ветви потомков Дмитрия Донского — галичским князьям. Однако брат Василия I Юрий Звенигородский и его сыновья Василий Косой и Дмитрий Ше-мяка не получили поддержки церкви и московского боярства и потерпели поражение. Победили силы централизации; и престол остался за Василием II (1425—1462), который был ослеплен своими врагами и поэтому прозван Темным. К концу его княжения владения Московского княжества увеличились в 30 раз по сравнению с началом XIV в.

С именем Василия II связан исторический выбор дальнейшей судьбы православия. В 1439 г. на церковном соборе во Флоренции Константинопольская церковь перед лицом надвигавшейся турецкой опасности обратилась за помощью к католическому Западу и заключила унию (союз) с католиками, согласившись признать верховную власть Папы Римского. Василий II отказался признать унию, арестовал и заключил в монастырь ее сторонника митрополита грека Исидора, принявшего во Флоренции сан римского кардинала, и настоял на избрании митрополитом рязанского епископа Ионы. Этим было фактически положено начало самостоятельности (автокефальности) русской церкви, ее независимости от константинопольской патриархии. Уния, а затем взятие Константинополя турками (1453 г.) подорвали авторитет греческой церкви. Византия стала частью Османской империи. Выбор главы русской церкви стал определяться в Москве.

На фоне событий, выражавших усиление Московского государства, возрастает интерес русских к всемирной истории, их желание определить свое место среди народов мира. В 1442 г. Пахомием Логофетом был составлен первый русский Хронограф — сочинение по всемирной истории того времени.




  1. Игорь

    Интересно, что историкам до сих пор остаются неведомыми обстоятельства смерти одного из сыновей Ивана Калиты — Симеона Гордого и его семьи. По летописи, причиной смерти стала неназванная болезнь. По некоторым предположениям, болезнь эта могла быть чумой. Однако никаких ведомостей о том, что в то время в Москве бушевала эпидемия, так же нет.

  2. Абрам Соломонычь

    Игорь, у Вас сложилось довольно интересное и смелое предположение, надо которым стоит, задумается. Действительно, в то время Чумы — зарегистрировано не было, а ведомость смерти предположительно из-за Чумы, была. Я думаю, может быть на этом сайте в скором времени появится эта информация.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.