Сталинизм — вождь и народ


Своим поведением в 1937—1938 гг. Сталин дал материал для проведения одной исторической параллели. Косвенно он сам подсказал ее, когда с похвалой отозвался о безжалостном истреблении бояр Иваном IV как необходимой предпосылке утверждения централизованного русского государства; единственное, в чем Сталин упрекал царя Ивана, — это в том, что он оставил в живых несколько княжеских семей. В довоенные годы началась идеализация образа «грозного царя»: вместе с Петром I Иван IV сделался одной из постоянных отправных точек сталинской историографии. Сколь бы внушительным, однако, ни было сравнение, не следует поддаваться гипнозу аналогий. Для понимания описываемых событий и их последствий для советского общества гораздо полезнее проанализировать идейно-политический смысл той операции, которую сталинское руководство осуществляло параллельно с репрессиями.

С 1938 г., то есть после подавления всякого сопротивления, явного или скрытого, власть Сталина сделалась безграничной. Уничтоже­ны были, иначе говоря, все препятствия к прямой связи между вождем и народом, которую он использовал как орудие борьбы с руководящим слоем партии и как миф, способный зарубцевать разрывы в социальной ткани общества, вызванные конфликтами начала 30-х гг. Один советский писатель, который смотрит на Сталина отнюдь не с осуждением, описал его размышления, должно быть, довольно достоверно: «Был народ, и был его вождь Сталин... который знает, что нужно народу, по какому пути должен идти народ и что на этом пути совершить. Даже ближайших своих соратников он рассматривал прежде всего как посредников, главная задача которых состоит в том, чтобы неустанно разъяснять партии и народу то, что было высказано им, Сталиным, проводить в жизнь его указания».

Изображение в точности соответствует реальному положению вещей. Переменилась и сама связь между Сталиным и другими руководителями, какими бы испытанными сталинистами они ни были. После пролетевшего урагана, все сметавшего на своем пути, уставные органы партии были восстановлены в марте 1939 г., когда в Москве состоялся XVIII съезд ВКП(б). Вместе со Сталиным в Политбюро вошли Молотов, Каганович, Андреев, Ворошилов, Жданов, Калинин, Микоян, Хрущев плюс Берия и Шверник как кандидаты. В Секрета­риат вошли Сталин, Андреев, Жданов и Маленков. Получилось, иначе говоря, сочетание новых имен, выдвинувшихся во время репрессий, с несколькими уцелевшими деятелями прежней сталинской фракции. Но отношения между Сталиным и прочими были именно отношениями вождя с исполнителями. Вследствие этого все остальные выглядели, словно на одно лицо. Совершенно невозможно приписать одному из них сколько-нибудь реальное превосходство перед другими. Иные, вроде Молотова, к примеру, пользовались, быть может, большей известностью, так как дольше находились на политической сцене; но их позиция от этого не становилась более прочной. Даже Каганович и то частично утратил свое значение. Все знали, что в архивах НКВД на каждого из них заведено досье с обвинениями. У некоторых были арестованы самые близкие родственники, например жена Калинина; вскоре такая участь постигла и других. Каждое слово Сталина было законом для всех них.




  1. Олеся

    О культе Сталина столько всего написано, столько фильмов снято, и на основе этой базы можно было бы создать очень интересный материал. Здесь же интереснейшая тема подана слишком сдержанно и скупо. Я бы выделила причины появления культа отдельным списком, методы Сталина по борьбе с конкурентами, особенности идеологической пропаганды в данный период.

  2. Хроникер

    Интересно было узнать правду, с фамилиями и мотивами, а то часто случается, что ковавшие культ личности Сталину, оказываются в числе пострадавших, а их не замай и вали все на Сталина, ему без разницы, уже не отмыться.

  3. Маргарита

    Относительно связи между Сталиным и другими руководителями хотелось бы сказать, что его превосходство над другими членами партии обусловлено наверно этим его железным темпераментом. Конечно, все эти партийцы блекнут перед Сталиным. Одним своим видом, сдержанностью, взглядом Сталин олицетворяет такую уверенность и силу, что уважение к тому, что он говорит непоколебимо. В Интернете достаточно видеохроник с выступлениями Сталина и надо отдать должное оратор он отменный. В его речи все на местах: он не читает с листа готовую речь, не повышает голос, часто шутит. К тому же свою роль играют статная внешность и приятный акцент. В конце концов, именно имена Ленина и Сталина олицетворяют всю идею социализма, идеологию советского человека. Именно этих людей мы помним, знаем в лицо сейчас, а какое влияние оказывали они на своих современников, мы видим из истории.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.