Сельскохозяйственное развитие в конце XIX века


Сельское хозяйство. В середине 1850-х тт. численность населения России составляла около 70 млн человек, из них лишь 10 % проживало в городах. Через 40 лет, к середине 1890-х гг., численность населения империи возросла до 130 млн человек, из которых 17 млн (13 %) составляли городское население. По темпам прироста населения Россия во второй половине XIX в. обгоняла все прочие европейские страны.

К концу XIX в. сельское хозяйство в России располагало более 25 млн лошадей, 31 млн голов крупного рогатого скота, 12 млн свиней, 63 млн овец. Страна являлась крупнейшим мировым поставщиком сельскохозяй­ственной продукции.

Наиболее развитым сельскохозяйственным районом был центр Европейской России. Здесь находились главные угодья (пашни, выпасы), содержалась большая часть скота (более 80 %), производилась основная часть зерна, мяса, птицы и других продуктов, обеспечивавших внутренние потребности страны, а также экспорт. Изделия земледелия и животноводства — главные предметы русского вывоза на протяжении всего XIX в.

Отмена крепостной зависимости крестьян должна была кардинальным образом изменить все условия хозяйственной деятельности в деревне. Эти преобразования происходили постепенно. Росла продуктивность сельскохозяйственного производства. Если в начале 1860-х гг. средний сбор зерновых составлял с десятины примерно 25 пудов, то через 20 лет он поднялся до 40 пудов.

Крестьянское хозяйство все больше и больше ориентировалось не только на удовлетворение продовольственных потребностей семьи, но и на включение в товарно-денежные отношения. Сельские общества и отдельные крепкие крестьянские хозяйства постепенно становились полноправными субъектами рыночной экономики.

Хотя отмена крепостного права делала крестьянина юридически независимым от помещика-землевладельца, Сеятель, помещики сохраняли в своих руках важные экономические рычаги. В соответствии с положениями реформы Г.Г. Мясовит 1861 г. размеры крестьянского надела и характер повинностей (отработок) надлежало раз и навсегда определить но соглашению крестьян с помещиками, фиксируя это в особом документе — уставной грамоте. Ее составляли мировые посредники — назначавшиеся правительством лица из числа местных дворян. Естественно, что в немалом числе случаев подобные грамоты-договоры отстаивали права дворян, что вызывало недовольство крестьян.

Подобное положение особенно было заметно в так называемых черноземных губерниях (территории, начинавшиеся к югу примерно от Орла), где имелось многочисленное сельское население и где земли, в силу своей повышенной плодородности, являлись несравненно более дорогими, чем в северных, западных и восточных районах империи.

Именно в черноземных губерниях размер земли, перешедшей к крестьянам (надел), порой являлся чрезвычайно небольшим. Именно в этих районах противоречия земельных отношений ощущались наиболее остро.

Нередко случалось, что земельный надел, размер которого составлял 3—4 десятины (десятина — чуть больше 1 га), совершенно не обеспечивал продовольственные потребности отдельной семьи. Крестьянские семьи, как

правило, были большими (8—10 человек детей являлось обычным явлением), а рост населения увеличивал и рост потребления. В то же время размер земельного владения оставался неизменным.

Земля считалась собственностью общины (мира) и должна была распределяться по числу едоков. Но составы семей менялись, и необходимо было регулярно проводить переделы земли, а их осуществлять оказывалось не так-то просто. В одних местах такие переделы проводились раз в несколько десятилетий, а в других после отмены крепостного права и до самой революции 1917 г. так и не были произведены.

В результате происходило обезземеливание крестьянства. Крестьянские семейные наделы дробились (родители отрезали землю детям, те, в свою очередь, — своим детям и т.д.) и уменьшались. В деревне обострялась земельная проблема.

Для российского села была характерна низкая продуктивность сельскохозяйственного производства. В крестьянских хозяйствах в ход шел все тот же дедовский инвентарь. Новшеств здесь было очень мало, и они утверждались с большим трудом. Консервативная психология мешала многим землепашцам проявлять интерес к новым техническим приспособлениям, к современным приемам ведения сельскохозяйственных работ.

Безраздельно господствовала архаичная система севооборота, называвшаяся трехпольем. Суть ее состояла в том, что в первый год поле засевалось озимыми (рожью или пшеницей), на второй — яровыми (помимо ржи и пшеницы, овес, ячмень, горох), а на третий год поле оставалось незасеянным (под паром) и служило пастбищем.

Из числа главных сельскохозяйственных культур на первом месте стояла рожь: под нее отводилось около 40 % всех пахотных земель Европейской России. Затем шли овес (20 %), пшеница (17 %), ячмень (7 %), гречиха (6 %) и просо (8 %). Картофель был мало распространен, и его посадки занимали лишь 2 % сельскохозяйственных земель.

Основную часть рыночной сельскохозяйственной продукции давали крестьянские хозяйства. Продуктивность их была довольно низкой, нередко уступая вдвое урожаям на помещичьих землях, где значительно больше использовались удобрения, новейшие сельскохозяйственные орудия, новые формы севооборота.

Для крестьян же приобретение со­временных плугов, борон, веялок, жаток и т.д. было делом сложным и часто, в силу материальных соображений, нереальным. Заплатить деньги за металлические изделия они в большинстве случаев не могли и пользовались, как и встарь, сохой, деревянным плугом и бороной. Соха взрыхляла почву не глубже 5—10 см.

Постепенно в обиход входили металлические плуги Художник и бороны: сначала в помещичьих хозяйствах, а с конца К.Е. Мактик XIX в. и в крестьянских. Крестьяне покупали подобные изделия в складчину.

Малоземелье и общинная организация крестьянской жизни препятствовали процессу превращения крестьянина общинника в работавшего по законам рынка производителя. Благосостояние крестьянской массы улучшалось очень медленно. Это касалось в первую очередь черноземного района. Бели на севере, где была развита городская система, крестьянин мог уйти на заработки в близлежащие города (хотя бы на нерабочие в деревне зимние месяцы), то на юге Европейской России это сделать было значительно сложнее. Городов здесь было мало, попытать там свою удачу, продавая нехитрые изделия крестьянских промыслов или свои трудовые навыки, было или сложно, или вообще невозможно.

Государство начало финансировать многочисленные сельскохозяйственные школы и курсы, где крестьянам рассказывали и показывали, как надо вести дело, чтобы существенно повысить урожайность. В районах интенсивного земледелия появились первые опытные станции и образцовые хозяйства, вызывавшие большой интерес у крестьянства.




  1. Юра Ковбель

    Сельское хозяйство — основа экономики Российской империи и оно развивалось не за счет улучшения технологий и тому подобного, а благодаря открытию новых земель под пашню. В целом, Российская империя была сырьевым придатком для промышленного Запада. Эту ситуацию исправить было невозможно, и данная тенденция прослеживается до сих пор.

  2. Мишин

    Отмена крепостного права в том виде, каким была исполнена, не решила коренного для России аграрного вопроса, он стал «гвоздем русских революций».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.